Слива любви

– Смотри-ка, – зашептал Филипп, указывая куда-то в сторону, – Лорен, только посмотри!

– Не может быть! – ахнул Лорен.

– Он их обнимает, как и прежде, – весело зашептал Филипп.

– Бибик, ну и Бибик, старый распутник, – прошептал в ответ Лорен и закрыл рукой рот, сдерживая хохот.

– О чем это вы? – небрежным тоном спросил Виктор, не отрывая от сцены любопытного взгляда.

– После, всё после, – махнул рукой Филипп.

Едва кулиса дернулась, а почтеннейшая публика заволновалась, Виктор обернулся:

– Так что ж… о чем вы желали мне рассказать?

– Дорогой мой, скажи, нравится тебе «Заира»? – воскликнул Филипп.

– Чудесный вечер! – вместо него ответил Лорен.

– Вы сказали: «Бибик – старый распутник», – настаивал Виктор, – это должно быть любопытнее, чем слезы султанских жен.

– Ах, это, – небрежно произнес Филипп, – это театральная байка. Все актеры любят хитрить, вот и эти… такие же.

– О чем это вы? – занервничал Виктор.

– Друг мой, история не заслуживает твоего внимания, – улыбнулся Лорен.

– Это мне решать!

– А станешь разочарован?

– Вечер и без того не спасти, – Виктор махнул рукой.

– Ну что ж, – тихо сказал Филипп – тогда слушай…

Тибон Бибик был обычным пареньком: ни о чем не мечтал и ни к чему особенному не стремился. Способностей его едва хватило окончить школу: так и не выяснив, чем бы ему хотелось заняться дальше.

Всё изменилось в тот момент, когда он увидел на улице разодетую мадам.

Тибон никогда не рассказывал, что именно поразило его в девушке, но сразу после того случая он решил посвятить себя моде и устроился подмастерьем в ателье.

Портной – хозяин небольшого магазинчика на Сен-Моноре – был человеком обстоятельным; увидав невысокого улыбчивого мальчишку, готового выполнять любую работу, он обрадовался, но уже через сутки посоветовал ему оставить затею научиться шить.

– Руки в нашем деле должны быть нежными, а пальцы чуткими. Это не руки какого-нибудь мясника и уж точно не ладони грузчика!

Тибон выставил свои большие крепкие ладони с длинными, прямыми, чуть толстоватыми пальцами.

– Не стоит мучиться, месье. Попробуйте себя в игре на тромбоне.