Голос Незримого. Том 2

”

А Вожатый, лишь мы мимо их прошли:

“Эти четверо – от римской земли.

Там же – видишь? – царь с царицей византийские,

Да былые князь с княгинею российские.

Те искали правды в словесах святых…”

И узрел я тотчас этих четверых:

Опираясь на жезлы, крестом венчанные,

По тропам они гуляли, осиянные.

Смуглолиц и строг был первый из царей,

А второй – румян и много добрей,

А царицы, сединою серебренные, —

Бабки ль, матушки ли их – лицом мудреные…

И приметил я, что здесь, как нигде,

Был Вожатый мой в особой светлоте,

И встречали здесь его особо чаянно,

Как нигде еще… как жданного хозяина!

Вопрошал один: “Учителю! Открой,

Как зовется то созвездье, словно рой?”

А другой: “Скажи, премудрейший Апостоле! —

Там, в зените, зга туманная ли, звезды ли?”

Пояснял Он, ввысь взирая, как орел,

Дальше шел и, наконец, меня подвел

К древу древнему, ко древу древоданскому

Что сверкало всё, шатру подобно ханскому,

Что кореньями касалось руд земных,

А вершинными ветвями – звезд ночных, —

К древу с яблоками огненнейше-алыми…

И второй раз с той поры, как с ней блуждали мы,

Евы правнука чуть слышно прорекла:

“Здравствуй, дерево добра и зла”.

Как бы в страхе древо выспреннее дрогнуло

И пред ней в поклоне низком ствол свой согнуло…

А на этот голубино-детский глас

Вмиг мной виденный явился Китоврас

И, приняв дитя руками смугло-лосными,

Стал кормить его плодами лученосными.

Молвил Старец: “Будь же мудрой, как змея”.

Крест свершил над ней и – вышел. С ним и я.

Бездны, бездною Премудрости зовущейся,

Не нашли уж мы, спустясь тропою вьющейся

В дол лесной с янтарной, низкой тут скалы,

И лишь кликом проводили нас орлы…

Становилась высь беззвезднее, рассветнее,

Лес кругом – всё благодатней, заповеднее…

Вдруг из мглы седых и розовых стволов

Как бы тонкий перезвон колоколов

Мне послышался… И увидал невдолге я,

Что побеги на елях, прямые, колкие,

Как и шишки их, свисающие вниз,

Вроде свеч из воска ярого зажглись —

Свеч пасхальных, и зеленых, и малиновых…

Хор же иволог, щеглов, дроздов, малиновок

Собрался близ них, вспевая на весь лес

Человечьим языком “Христос Воскрес!”.

И весьма то было, отче, изумительно,

А не менее того и умилительно.