Подари мне надежду

Полонский улыбнулся и, нажав на кнопку клаксона, попытался привлечь их внимание.

Женщины прервали свой разговор и сосредоточили всё своё внимание на его машине.

Ростислав опустил стекло со стороны пассажирской двери и обратился к одной из них:

– Мария Владимировна, садитесь ко мне в машину.

Урбенина узнав Полонского, перевела вопросительный взгляд на мать, но он снова окликнул её, поторапливая, потому что впереди стоявшие машины уже начали своё движение.

Женщины, посмотрев друг на друга, стремительно направились к его машине.

– Доброе утро! – обратился он к обеим женщинам.

– Доброе утро! – дружно ответили они ему.

– Вот уж не думал, что встречу вас сегодня утром, да ещё на дороге, – обратился он к Марии.

– У папы поломалась машина, и сегодня мы с мамой остались без транспорта. Нам предстоит несколько пересадок, чтобы добраться до работы.

– Я вас подвезу, не волнуйтесь. Нам почти по пути.

– Спасибо вам большое, Ростислав Андреевич, – обратилась к нему Валентина Александровна, сидевшая на заднем сидении.

– Ну что вы не стоит. Вы знаете, моё имя?

– Да, Маша мне рассказывала о вас.

Полонский улыбнулся.

– А вот вас она мне не представила.

Мария смущённо улыбнулась.

– Валентина Александровна, моя мама.

– Очень приятно. Рад знакомству, – Полонский взглянул на женщину в зеркало заднего вида.

– Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, – ответила женщина с улыбкой.

– А что случилось с машиной Владимира Егоровича? – спросил Полонский.

– Очередная поломка. Машина уже довольна старая, но муж категорически не собирается менять её, несмотря на то, что я предлагала ему сделать это, и у нас появилась такая возможность несколько лет назад. Но он проигнорировал, сказал, что эту машину он не продаст никогда.

Ростислав улыбнулся. Другого ответа он и не ожидал услышать. Характер Урбенина он уже изучил чётко, и это касалось не только вопросов его личного имущества, но и его домочадцев.

Ростислав остановил машину в очередном дорожном заторе и перевёл взгляд на Машу.

Она сидела молча и смотрела прямо перед собой. Лишь иногда поворачивала голову, и он ловил боковым зрением на себе её осторожные взгляды. Но как только пытался посмотреть на неё сам, она тут же отводила свои глаза в сторону, словно боялась, что ее, застигнут врасплох за рассматриванием его внешности.