Усатый-полосатый, бедный и богатый

Автомобиль стажера, рядом с которым директорский джип казался старой тачанкой, взвизгнул шинами и пронёсся мимо. Как и все немногие пассажиры в этот час я провела его взглядом и уставилась в телефон.

Любопытство, толкающее всех женщин на необдуманные поступки, заставило меня ввести его фамилию в поиск. Информации о нем было ничтожно мало, больше о его отце, который своим трудом сколотил состояние и выбился в князи из грязи. А вот раздел картинки пестрил исключительно Журавлёвым-младшим. Клубы, элитные вечеринки, все наперебой спешили похвастаться знаменитым гостем.

М-да уж…

Дима мог по праву называться копией своего отца, но вряд ли гордостью. Если голубые глаза отца лучились уверенностью, а фигура приковывала к себе внимание и вызывала уважение, то в голубом омуте сыночка водились исключительно черти, истребив всю разумную флору и фауну. Всегда растрёпанный, с широкой улыбкой, и не менее широкой надписью на лбу – “Прожигатель жизни”.

Глава 4. Первый день – он трудный самый

Дима

Я, конечно, не ждал от этой совместной поездки чуда, но и того, что Степанова выпрыгнет на первой же остановке, предвидеть не мог.

Пока она неуклюже садилась в машину, в голове созрел идеальный план: покататься, поболтать, сблизиться. Ну, хотя бы, сгладить неровности первого впечатления. Но теперь оставалось только смотреть на её удаляющуюся спину и ждать пока она оглянется. Не дождался. Вдавил педаль газа то ли с психу, то ли из принципа и умчался вперёд. Пусть знает, что потеряла.

В собственный номер ворвался как ураган. Впрочем, местная “челядь” меня в другом состоянии и не видела. Завтра же я верну долг мелкой, были у меня кое-какие запасы.

Эх, знал бы прикуп…

К сожалению, я не из тех людей, что держат какие-то инвестиции на чёрный день и всё в таком духе. Это больше в стиле отца. А я… я снял несколько тысяч наличных в банкомате при заселении и держал в номере, чтобы в нужном месте и в нужный час засовывать по купюре в узкие кармашки передников длинноногих горничных.

Других тут не было – отель пять звезд.

Как невинные овечки они пятились на выход, покрывались румянцем и краснели до самых ушей. Некоторые даже убегали, некоторые возвращались. Охотничий азарт, чёрт его бери!

Пошарив по собственным шмоткам, нашёл даже больше. На миллион роз мелкой не хватит, но на примирительную шоколадку вполне. Тогда она непременно растает как конфетка на солнце, и даст снять с себя обёртку.