Зарисовки из вагонного окна. Маленькая повесть

«Глаза-то какие… – ёкнуло в душе, – как у тигра перед обедом! Но мною вы подавитесь, дорогой мой!»

– Или Акулина?!

В детстве мама меня называла «Брыля» или «Брыленька», брат бесцеремонно: «Брыська». С его лёгкой руки так меня звала улица, а затем и школа. Вот уж я наплакалась, ругая своих предков за столь необычное имя. Полное моё ФИО тоже с претензией на возможный фурор: Бронислава Серафимовна Сандорская. Поистине, это у нас семейное: отцу тоже сполна досталось от шестикрылого Серафима…

– Бронислава, – назвалась я, когда пауза слишком затянулась, – можно проще, – Слава.

– Предлагаю выпить за знакомство – бодро сказал Куцевал, и, с улыбкой обращаясь к двум другим попутчикам, пригласил:

– Прошу к нашему шалашу!

«Уже и к нашему, – ехидно подумала я, – какие мы быстрые! Привыкли к легким победам?!»

Молодая пара оказалась молодожёнами, которые, предпочли нарушить обычай трёхдневного пьянства и отправились в путешествие. Их не пришлось уговаривать дважды.

Вот так, нежданно-негаданно, я оказалась на свадьбе Даши и Саши. Среди общего веселья никто и не заметил, как я тихонько выскользнула в тамбур, где никого не оказалось. Лишь стучали, стучали, стучали колёса о невозвратимости момента, о бренности всего земного, о том, что день рождает вечер, вечер – ночь, а ночь – звёзды и луну – владычицу грёз…

Но вечер, играя, пока не уходил. Сначала он смешал розовые полутона зари, затем добавил немного серебра и ультрафиолета и… наполнился синевой.

Какая-то маленькая, утонувшая в сугробах деревушка, проплыла мимо. Над крышами, там и тут, курчавились дымки, кое-где светились окна. И так захотелось посидеть у печки, посмотреть на огонь, что я задумалась… Будто наяву, пахнуло штукатуркой, свежеокрашенными полами и… дымком.

Память высветила ликующие лица отца и мамы: своими руками построили дом! Недолгим было наше счастье…

Но с тех пор, как бы круто не поворачивала жизнь, лёгкий запах берёзового дыма находил меня всегда.

– А… вот вы где! – вывел меня из задумчивости знакомый голос, – а мы вас потеряли, – с этими словами «блондин» ласково развернул меня к себе. Почувствовав его тёплые, властные руки я на какой-то миг растерялась. В следующий миг его жгучие, как укусы, поцелуи привели меня в чувство.