Тельняшка. Автобиографическая повесть

Войдя на мостик, я первым делом спросил разрешение у вахтенного третьего помощника капитана и, получив от него добро, подошёл к навигационной карте, разложенной на штурманском столе. Последняя точка, поставленная штурманом на карте, сообщила мне о том, что мы приближались к морским воротам порта Владивосток – мысу Басаргина и острову Скрыплёва.

Я внимательно прислушался к голосам на мостике, вахтенный помощник вёл переговоры по УКВ-радиостанции с диспетчером порта.

Из того, что мне удалось услышать, я сделал вывод, что «Братск» поставят не с ходу к причалу, как планировалось ранее, а загонят на рейд, что само по себе не очень обрадовало меня и всех присутствующих на мостике.

Проблема заключалась в том, что с рейда можно было добраться до города только рейдовым катером, да и то только после оформления судна портовыми службами.

«Братск» сбросил ход. Мы проходили между юго-восточной оконечностью Владивостока, на которой был расположен маяк, имеющий одноимённое название с мысом, на котором он был установлен – маяк Басаргина.

За мысом показались сопки родного моему сердцу города, города, в котором я родился и вырос. На моих глазах неожиданно появились слёзы, и я уткнулся в иллюминатор, чтобы ненароком не показать свою сиюминутную слабость всем присутствующим.

Я никогда доселе не замечал за собой приступов сентиментальности.

Правда, в одной из умных книг я прочитал о том, что у англичан существует закон о том, что моряк, пробывший в море более трёх месяцев, не имеет права давать свидетельские показания в суде.

Мудрые британцы давно подметили, что длительное пребывание вдали от родных берегов в условиях полной изоляции от внешнего мира, пагубно сказывается на психике моряков.

И вот я стою на ходовом мостике огромного сухогруза и пытаюсь сдержать скупую мужскую слезу.

Собрав всю свою силу воли в кулак, я тайком от всех вытер слёзы с глаз и направился прочь с мостика.

«Братск» бросил якорь на рейде пролива Босфор-Восточный.

Поскольку мне с приятелями-однокашниками оставалось только ждать, когда судно пройдёт процедуру оформления, мы решили подняться на главную палубу и полюбоваться красотами родного города и вечного спутника Владивостока – острова Русский.

Пока мы рассматривали достопримечательности родных берегов, к борту судна подошёл катер с представителями портовых властей – началась процедура оформления судна.

Во время оформления судна всем членам экипажа предписывается находиться в своих каютах.