Бульвар Сансет и другие виды на закате

Третий – офицер из «иммигрэйшн»[7 - Иммигрэйшн (Immigration) – служба пограничного контроля (англ)]: седой, полный дядька с пышными усами поднимался медленно и солидно – этого капитан видел впервые.

Он спустился вниз и встретил Крейга и пограничника у дверей капитанского салона. Ванесса, как обычно, задержалась на камбузе терроризировать повара.

Офицер-пограничник тоже выдал неохотное «Good morning» и такое же вялое рукопожатие. Крейг стрельнул глазами в его сторону и поздоровался, как всегда, дружески. Оба отказались от кофе, сели за стол и занялись документами.

Вскоре пришла Ванесса.

– Доброе утро, кэптин. Как дела?

– Доброе утро, – ответил он. – Вы же не откажетесь от кофе? Ваш любимый – с молоком и корицей.

Обычно она говорила: «Только покрепче, пожалуйста. Я почти не спала сегодня». Сколько он ее знал, она всегда «почти не спала».

Но сейчас она лишь кивнула:

– Спасибо.

– Это будет самый крепкий кофе во всей Австралии.

– Спасибо.

Она уселась на диван рядом с пограничником и тоже принялась за бумаги.

Пограничник сразу двинулся к двери.

– До свидания, кэптин.

И вышел из салона.

– До свидания, кэптин, – эхом повторила Ванесса и добавила: – Добро пожаловать в Австралию.

– До свидания, Ванесса, – сказал капитан и спросил уже в спину: – Что, действительно, все так плохо?

Она остановилась, обернулась. Взглянула на него, на Крейга. Тот сидел на диване и смотрел в пол.

– Вы читали утренние газеты, кэптин?

– Нет, не читал. А Джон ничего не рассказывал. Молчал так же, как вы. Это, конечно, очень плохо, когда премьеры и президенты грозят войной. Очень надеюсь, что только грозят. Но мы же с вами… Вы, Крейг и я, в частности. Мы же не враги?

Он уверенно ожидал положительного ответа – ведь они знакомы почти три года, и почти три года он заваривал ее любимый кофе с корицей. Но в ее глазах сверкнули черные иглы, и весь его пафос сдулся, как проколотый воздушный шарик.

– Окей, кэптин. Если завтра на мой дом упадет русская ракета и убьет всю мою семью, мы все равно останемся не врагами?

Он не нашел, что ответить, только подумал: «Браво, девочка! Отличное разъяснение понятия коллективной ответственности».

Она и не ждала ответа.

– Спасибо за кофе.

И вышла.

Крейг неуверенно взглянул на него и развел руками.

– Люди очень нервничают. Боятся войны. Не обижайтесь, Юджин.

– Я понимаю. И не обижаюсь.