Выбери меня

Я оделась и ушла. На улице испугалась своей смелости. Ведь я такая тихая, такая покладистая девочка. Как я домой-то потом вернусь?

Больше всего было обидно, что папа спит. И не пойдет меня искать. Даже если мама его разбудит. Он проснется, посмотрит на нее осоловелыми глазами, потом снова повалится на бок и проспит до утра. И будет болеть следующие два дня. Может и на работу не пойти. А мама, я была почему-то уверена, не пойдет меня искать. Но мне так хотелось, чтобы она пошла. Нашла бы меня замерзшую, но гордую, присела бы на корточки, обняла, сказала бы «ты моя любимая девочка», и начала бы целовать мне лицо, плача от радости, как в каком-нибудь кино про войну.

Я смотрела на сверкающий под фонарем снег, на черное небо и чувствовала себя бесконечно одинокой.

Когда не смогла шевелить пальцами на ногах в валенках, а руки в варежках уже не реагировали на мое отчаянное желание их сгибать и разгибать, пошла искать нашу улицу. Встретила двух соседок. Старухи, живущие в одном из соседних одинаковых домов, всегда ходили парочкой.

Я их запомнила, потому что имена детей они узнавали странным способом. Вместо того, чтобы подойти и спросить, как тебя зовут, они начинали выкрикивать по очереди разные имена и ждать, на какое ребенок отзовется. Так они узнали, что меня зовут Вера.

Летом, когда я рвала цветы на поляне между домами, рядом с развешанным на веревках чьими-то простынями и пододеяльниками. Я обернулась, услышав свое имя. Значит, Вера, самодовольно сказала одна другой.

Они как обычно шли под ручку и увидев меня сказали, иди к своему дому, там мама тебя ищет.

Я насупилась и буркнула, что никто меня не ищет. Хотела мелодраматично добавить, что я никому не нужна. Но потом вспомнила, что папе нужна. Хотя на самом деле, наверное, это он мне нужен больше, чем я ему. Просто он спит. Потому что никогда не закусывает, как нормальный человек.

Мама стояла под фонарем у нашего дома и громко разговаривала с соседкой с первого этажа. Увидела меня и буркнула, пришла. Раздраженно поправила серую песцовую шапку, которая сползала на глаза.

Соседка посмотрела на меня с осуждением.

*****

Больше всего на старой квартире, где мы жили втроем, я любила гулять с папой и болеть. Особенно, если родители не вызывали бабушку – маму папы. Тогда со мной оставалась моя, и я часто думала, была бы она все время такой, как во время моей болезни. Мы ложились вместе на ее диван перед телевизором, и она читала мне вслух книжки. Я очень любила рассказы про хомяка Фому.