Рисунок по памяти

Мы проболтали до середины ночи, выпили несколько бутылок пива, и разбрелись по комнатам.

Сон долго не шел. Не зная, чем заняться, я молча рассматривал пляшущие на потолке тени, и заснул только перед рассветом, когда они отползли к окну.

* * *

Утреннюю молитву, мы, разумеется, проспали. Но оставался ещё шанс услышать шофар[8 - Шофар – ритуальный духовой инструмент, сделанный из рога кошерного животного (обычно барана или горного козла). В него трубят весь месяц элуль, предшествующий Рош Ха-Шана, в сам праздник и в Йом Кипур.

]. Мигом собравшись, мы вышли (вернее выбежали) из дома. Вымокший город выглядел декорацией к какому-то неону-арному детективу. Воздух пах грозовой свежестью. Лужи вдоль обочин покрылись тонкими ледяными корками. В них, словно в треснувших зеркалах, отражались низкие мглистые тучи.

Проходя мимо Патриарших, я невольно подумал о Булгакове. И даже представил, как в сгущающихся летних сумерках он отрешенно всматривается в гладь воды и продумывает сюжетные линии своего знаменитого романа.

Несмотря на то, что утренняя молитва закончилась, в синагоге было ещё довольно людно. На входе в молельный зал стоял Эфраим. Он встречал опоздавших, и говорил, чтобы никто не расходился, потому что каждые полчаса часа будет организовано трубление в шофар.

– Шалом, – крикнул он нам. – Тору слушали?

– Нет, не успели. Только пришли, – ответил Меир.

– Ясно, подождите немного. Скоро будет ещё чтение.

Поблагодарив раввина, мы отошли в сторону.

– Чтобы мы без него делали? – спросил Меир.

– Вставали бы вовремя, – предположил я.

Пока мы ждали Эфраима, Меир рассказал мне про новый молодежный проект, в который требовался координатор.

– Может отправишь им резюме? – предложил он. – Что ты в конце концов теряешь?

– Мне нравится моя работа, – прямо ответил я. – Не хочу ничего менять. Во всяком случае, сейчас.

– Эй, парни, – прервал нас чей-то голос.

Мы подняли взгляд на лестницу. На ней стоял пожилой мужчина с седой копной волос.

Он напоминал увлеченного предметом ученого, которого не интересует ничего, кроме науки.

– Помогите пожалуйста.

– Что нужно делать? – спросил Меир.

– У меня тут книги, – скрипучим голосом произнес он. – Нужно перенести с третьего на четвертый. А лифт в праздник не работает.

Я вопросительно посмотрел на Эфраима.

– Идите, конечно, – сказал он. Это смотритель нашего музея. Я потрублю женщинам, а потом ещё раз для вас.

– Спасибо вам, – сказал мужчина.