Армастан. Я тебя тоже

 – А где мне там жить?

– Снимите что-нибудь скромное, в спальнике. Попробуйте там просто пожить, может, ещё и передумаете. Москва, она такая… Не каждому подходит.

Риелтор вздохнул так глубоко, что я подумала: наверное, он сам пробовал жить в Москве, и она ему не подошла.

Но в словах Юрия Марковича был здравый смысл.

– Отличная идея! – сказал папа. А мама промолчала: на её языке это значит согласие и одобрение.

И всё же я не решилась бы на эту авантюру, если бы меня не уволили.

Да, меня уволили чуть ли не сразу после того, как я вернулась из отпуска.

Мой коллега Максим – тот самый, что говорил про офигенных девок, – проболтался, что на должность монитора в нашей компании давным-давно заглядывался Арцыбашев. Конечно же, Арцыбашев (это имя прозвучит для большинства людей – если они не медики – пустым, хоть и красивым звуком) не собирался сам работать монитором: он может позволить себе вообще не работать. Но у этого бывшего замзаввсехминистров подросла внучка, которую решено было пристроить на тёпленькое, хорошо нагретое мною местечко.

– У тебя будет самый золотой из всех парашютов, обещаю! – Начальник не смотрел мне в глаза – и это самое неприятное, он мне всегда так нравился, наш Семён Степанович, я им восхищалась, я столькому у него научилась!

Ну вот, научусь ещё и тому, как увольнять хороших специалистов без всяких причин (вдруг однажды пригодится).

А парашют оказался действительно золотым – я смогу спокойно жить на эти деньги пару лет. В Екатеринбурге. Хватит ли мне их на жизнь в Москве с учётом того, что за квартиру придётся вносить как минимум 45 тысяч ежемесячно плюс интернет и счётчики?

Но теперь оставаться в Екатеринбурге мне уже точно не с руки – когда тебя выбрасывают на улицу, как тряпку, которой мыли унитаз, это не способствует любви к городу, где такое запросто происходит.

Арцыбашевская внучка, о которой мне уже донесли, что она ни бельмеса не смыслит в лабораторных испытаниях, зато хорошенькая и чистенькая, как овечка (сравнение Максима, тонкого ценителя офигенных девок), нанесла мне мощный удар по самолюбию. Я как-то резко, в один миг, утратила веру в себя и в будущее. Вся жизнь моя виделась теперь бессмысленным метанием по планете, путём без просветления, напрасно растраченным временем.