Добавь меня в друзья

О моей фотографии, сделанной Зарой, и о голосовании, о том, как я угрожала оторвать ей голову, о маминой карте, не сработавшей в «Хол Фудс», о шутке с толстовкой, о том, как Лили пыталась быть милой, а я этого не поняла. Я испытывала огромное облегчение, как будто все мои страдания вышли наружу и растаяли. Но это продолжалось до того самого момента, как я упомянула о поносной подливке.

Стены задрожали от оглушительного хохота Майкла.

– Поносная подливка! Это же так смешно!

Я ничего не ответила.

У меня было такое чувство, словно он наступил на мою грудную клетку. Он пытался остановиться, но не выдержал и снова начал смеяться.

– Брось, это же смешно!

Я включила кран, чтобы умыться: лицо распухло от слёз. В зеркале я увидела, как Майкл приподнял брови, словно говоря «подумаешь!».

– Это серьёзно. – От злости слова застряли у меня в горле.

Майкл фыркнул.

– Нет! Всё, что ты мне рассказала, на самом деле ерунда. Кроме того, что ты угрожала кому-то оторвать голову.

Ты правда это сказала?

Гнев, словно когтистое чудовище, рвался наружу.

– Забудь об этом! – Я швырнула Майклу протёкшую сумку из «Хол Фудс».

Майкл застонал, но всё же взял сумку. Тот, кто не ходил в магазин, должен был готовить. Мамин поезд отходил слишком поздно, и она приезжала домой, только чтобы поесть, хотя никогда не успевала сесть за стол вместе с нами. Очевидно, лаборатория нуждалась в ней больше, чем мы.

– Я серьёзно! – крикнул Майкл, когда я направилась в свою комнату.

 – Тебе стоит обратить всё в шутку, Ро. Может, тебе попробовать быть более дружелюбной? – Я испепелила его взглядом. Он поднял руки вверх. – Я просто предложил.

Я рухнула на кровать. Возможно, в Ирландии я смогла бы обратить всё в шутку. Но здесь я как будто задыхалась. От удушливой жары становилось только хуже: моя комната была похожа на печку, несмотря на встроенный в одно из окон кондиционер. Как весна может быть такой жаркой? Слабая струйка холодного воздуха из кондиционера ничего не меняла: всё равно что бросить кубик льда в жерло вулкана.

Я перекатилась на другой бок и чуть не закричала. В ногах кровати примостился меховой комок, который издавал рокочущее мурлыканье. Но это не обычная кошка: это было бы слишком нормально. Это Фред из маминой лаборатории – кот-робот. Пушистый робот, предназначенный для домов престарелых и для одиноких пожилых людей, и это самое грустное, о чём я когда-либо слышала.