Завтра ты умрешь

Из нее есть лестница вниз, на веранду. Ксения просто сбежала! – она расхохоталась, не выдержав напускного бесстрастного тона. – И уж не я буду ее ловить, чтобы сдать в сумасшедший дом!

– Очень интересно! Уж не вы ли ей посоветовали бежать? – мужчина заметно изменился в лице. Он смерил собеседницу уничтожающим взглядом, но сила этих гипнотических глаз удивительным образом пропала. Наталья только пожала плечами и повернулась к зеркалу:

– Если бы догадалась, посоветовала бы. Давно надо было вмешаться в вашу хваленую терапию и вызвать другого врача! Вы лечили Ксению пять лет, а где результаты? От хорошего врача человек в окно не удирает!

– Да что вы в этом… – начал Генрих Петрович, но осекся – за его спиной в холле появился сонный и злой Ринат с чемоданчиком.

За ним спешила запыхавшаяся, насквозь промокшая Ольга. На вахту ей пришлось бежать под проливным дождем. Достав отвертки и долото, шофер за несколько минут открыл дверь. Психиатр ворвался в комнату первым, за ним поспешили женщины. Ринат, которому никто ничего толком не объяснил, изумленно заглядывал поверх их голов.

Наталья оказалась права – в комнате никого не было, если не считать двух кошек, встревоженных вторжением стольких гостей. Одна из них, серая любимица Ксении, вопросительно мяукнула. Но на кошку никто не смотрел – все взгляды были прикованы к одному из окон. Оно было раскрыто настежь, створка резко билась об угол старинного бюро розового дерева. Ольга подошла к окну, поймала летавшие в воздухе белые занавески, выглянула наружу и закрыла его.

– Слава богу! – перекрестилась она. – Я боялась увидеть ее тут… С петлей на шее. Или там, внизу…

– Она ушла по крыше и спустилась на веранду через вторую мансарду, – поделилась догадкой Наталья. – Представляешь, я ведь догадалась прежде, чем сломали дверь!

Ольга посмотрела на нее с уважением, зато Ринат, внимательно слушавший подруг, неожиданно спросил:

– Так это хозяйка уехала на «фольксвагене»?

Все разом повернулись к нему, даже психиатр, лихорадочно обыскивавший в этот момент ящики письменного стола.

– Что-о? – недоверчиво протянул он, делая шаг к шоферу. Тот развел руками:

– На вашей машине. Мы думали, это вы снова уезжаете в Москву, и открыли ворота.

– Кто-то выехал на моей машине? – охрип от бешенства Генрих Петрович. – Кто сидел за рулем?

– Мы даже не смотрели, – признался Ринат. – Увидели, что вы опять едете, и открыли ворота. Еле успели, вы даже не притормозили.

– Когда это было? – прорычал тот.