Выключить моё видео

Просто разозлилась, что ты просил приехать, а этот козёл тут орал… Ты не представляешь, как он может орать. Психопат.

– Да, – нетерпеливо говорит, а кругом словно машины.

– Сев, ты что, на улице? Сейчас же уроки.

– Слушай, мы около морга на Белорусской. Адрес сообщением скину. Можешь приехать?

Не понимаю.

– Какого ещё морга? Куда приехать, зачем?

Я снова сильно перегнулась через перила. Может, он там внизу – прикалывается просто, наблюдая, как я отреагирую? Но вроде и взрослый уже, чтобы про морг.

– Отсюда тело мужа Тамары Алексеевны забираем. Я, Илья и ещё Варвара, внучатая племянница Тамары Алексеевны. Ей двадцать восемь только.

– А мне что до внучатой племянницы? Какая разница, сколько ей лет? Почему ты мне звонишь? Впрягся – делай. Я зачем?

– Да она говорит, что с двумя парнями на кладбище не поедет. Хотя тут водитель микроавтобуса ещё, и парни-рабочие будут. Но ей без женщины нехорошо, опасается. Приедешь?

– Чтобы какой-то бабе было с вами ехать не страшно?

Услышала, как фоном говорит Илья.

– Лен, ну ладно. Повоевали и хватит. Сейчас надо приехать. Слышишь?

– Слышу, – говорю.

Во дворе никого.

Придурки, блин.

Вот сейчас соберусь и поеду в морг на Белорусской.

Мама спит, а больные долго спят, восстанавливают силы. И вдруг так сильно захотелось увидеть Севу, и так грустно стало, что первым Илью позвал, не меня.

– Хорошо, пиши адрес. Только у меня денег на такси нет.

– Вызову, – нетерпеливо выдыхает, – только ты вот прямо сразу выходи, сейчас.

– Да, накрашусь только.

– Блин, – говорит громче, – как хочешь. Только я такси вызываю, слышишь? Тебе эсэмэска придёт.

Крашу брови, ресницы. Щёки и лоб замазываю тональником – не хочу, чтобы они увидели такой. Мигом перестанут думать, что симпотная. Да и какая там симпотная – бледная, усталая.

Почувствовала, когда дядя Вова прижался сзади. Приятное почувствовала, горячее, вроде и противно, но так, не слишком, можно потерпеть, когда интересно.

Это значит, что я плохая, бесстыдная. Грязная.

Хорошая, нормальная девчонка ничего такого не ощутила бы, – только злость, страх. Заорать бы, весь дом перебудить. Проверяю – мать спит после жаропонижающего, не заметит. Бабка – тут не скажешь точно, спит или нет. Лежит, в потолок смотрит.

Ладно, что теперь. Вернусь.