За светом маяка

В них недоставало тепла и света. А еще глубины. Конечно! Им нужна глубина.

– Мне нужно немного времени, – дотронулась до его руки и жестом указала на пустую скамейку недалеко. – Не возражаешь, если присядем?

– Нет.

Они подошли и присели на скамейку. Она достала мелки и начала дополнять набросок оттенками, движения ее рук были быстрыми и отрывистыми. Она торопилась, казалось, что ей не хочется упустить ни одну деталь и потерять те самые цвета, что были необходимы этому листку бумаги. Иногда отводила взгляд в сторону, затем возвращалась к палитре и, улыбаясь, продолжала танец линий.

Пока она работала, он сидел рядом и с интересом наблюдал за ее движениями. Взгляд его скользил по ее лицу, он всматривался в каждую черточку. Пытался поймать движения ее изумрудных глаз во время рисования. Хотел увидеть в них отражение того, каким она видит происходящее вокруг. Когда она улыбалась, уголков его глаз касалась незаметная улыбка. Каждое ее мимолетное движение отражалось в его взгляде.

– Ты любишь цвет? – произнес он, откинувшись на спинку скамьи.

Но она жестом дала понять, что пока не готова к диалогу. Ей не хотелось отвлекаться, потому что невидимая нить, связывающая ее в этот момент с изображением на листе, могла ускользнуть. Он улыбнулся и оглянулся по сторонам.

Минут через десять она закончила. С легкостью выполнив последние штрихи, отложила мелок в сторону и повернулась к нему.

– Извини, мне необходимо было сделать это именно сейчас. Не люблю терять минуты вдохновения.

– Я спросил, любишь ли ты цвет? Твои картины наполнены им, он затмевает все остальное.

– Да, в последнее время полюбила краски. Никогда не училась рисованию и не считала себя художником. Более того, мне кажется, что я не умею рисовать. Но это один из моих способов диалога с собой. В цвете вижу отражение себя и окружающего мира. Он показывает мне, что скрыто глубоко внутри. Помогает понять, что на самом деле происходит сейчас вокруг, и выразить то, что не могу словами.

– И давно ты «не умеешь рисовать»? – его брови чуть вздернулись.

Она закрыла скэтчбук, отложила в сторону и еще больше развернулась к нему.

– Пожалуй, давно, – сказала, усмехнувшись. – Сначала срисовывала любимые изображения. Потом меня увлекли лица. Одно время переносила изображения с фото, а затем попробовала делать наброски с натуры. Не могу сказать, что мои портреты были всегда точны. Подмечаю интересные мне детали.