Под небом Стамбула

Он, понимаете ли, очень занят, – хохотнула она.

– Как это – занят? – не поняла Вера, вслушиваясь в знакомый переливчатый смех. – Марианна, это вы? Это Вера… Что с Алешей?

Послышался какой-то шум, отдаленный голос произнес:

– Дай-ка мне трубку.

И Вера услышала Леонида.

– Добрый вечер! – поздоровался тот. – Алеша сейчас подойти не может. Позвоните завтра, Вера. Спокойной ночи.

Вера опустила на рычаг верещавшую короткими гудками трубку. Неужели Леонид думает, она так просто отступится? Ну уж нет, он еще не знает, с кем связался.

Вера решительно сунула руки в карманы и побежала к метро.

Макеев удобно развалился на диване. Почти все гости разошлись, лишь Олег убалтывал на балконе какую-то смазливую девицу, да пара ребят, бывших товарищей по сборной, пьяно спорили на кухне. Все шло по плану. Прошло уже полтора часа с тех пор, как Алешка удалился в комнату с Алкой, и до сих пор еще никто из них оттуда не показывался. Лене даже смешно стало, чего он так распсиховался из-за этой Веры.

Сразу мог бы сообразить, что в восемнадцать лет все эти любови до гроба, свадьбы и беременности – фигня.

В прихожей резко прозвенел звонок. Марианна вздрогнула от неожиданности. На пороге стояла Вера. В темной короткой куртке на молнии, с мокрыми волосами, с какими-то отчаянными, сумасшедшими глазами, она казалась еще моложе, чем обычно. Совсем девчонка, школьница. Но Леня невольно отпрянул – такой напор и решимость светились во взгляде этой малявки.

– Где Алеша? – резко спросила она. – Мне надо с ним поговорить.

Алеша барахтался в тяжелом душном алкогольном сне. Снилась какая-то запутанная чепуха – быстро сменяющиеся цветные картинки, отдельные реплики, расплывающиеся лица, кто-то пронзительно смеялся над ухом, кто-то закричал, а затем прямо над головой вспыхнул яркий свет. Парень заворочался и проснулся.

В дверях… Алеша на мгновение даже прикрыл глаза: в дверях стояла Вера. Она молча смотрела на него, и парню хотелось испариться, сделаться невидимым, лишь бы не прожигал его насквозь этот взгляд.

Не зная, что сказать, и все еще плохо соображая из-за плавающего в голове хмеля, он лишь растерянно глупо улыбнулся. И в ту же секунду из-под его руки вынырнула встрепанная голова Аллы.

Вера развернулась и вышла из комнаты, так и не сказав ни слова. И Алеша неожиданно понял, что случилось что-то страшное. По-настоящему страшное, кажется, впервые в жизни.