Мой сын. Жили-были два буржуя

Самое опасное состояние – это когда человек восклицает: остановись, мгновение, ты прекрасно! Но мгновение не замирает, а сразу за ним наступает черная полоса шириной во всю оставшуюся жизнь. И от этого не застрахован никто.

Пусть все будет хорошо, думал Костя Инночкин, просчитывая возможные вариации предстоящей учебы в Кембридже, но еще лучше, когда для полного блаженства или окончательной и громогласной победы всегда не хватает какой-то малости. Так надежней….

3

Прошло два года и еще немного.

– А вот и наш Диккенс воротился из Англии! – встретил Костю на пороге офиса не самой широкой из своих улыбок Рубахин.

– Что-то не так? – рука, протянутая для рукопожатия, повисла в воздухе.

– Да все не так. Проходи, садись, закуривай. Сейчас на оперативку соберутся специалисты – сам и услышишь. Давно приехал?

Костя присел, закурил, ответил:

– Четыре дня как в России. Из них два в Челябинске. Визиты к родне, туда-сюда…

– Теперь на работу? Ну, молодца – вовремя: у нас тут сплошной завал.

На этот «завал» горечи у Рубахина скопилось достаточно – он бы весь день ее изливал, но тут отворилась дверь, и из приемной в кабинет потянулись специалисты.

Рубахин открыл совещание.

– Ошибки строителей бывают разные – некоторые можно исправить за счет резервов предприятия, а за иные надо сразу отрывать головы. Вот по Тобольску… Что нам скажет уважаемый Мустафа Абрамович? Почему от финнов в адрес нашего предприятия летят рекламации за рекламациями? Почему мы в сроки-то не укладываемся? Если наш объект передадут в другие руки, мы ни хрена не получим от вложенного и заработанного.

Барашкин, при упоминании его имени гендиректором, встал и молча стоял в ожидании паузы.

Рубахин кивнул ему:

– Ну, говори.

– А я с самого начала говорил, – заместитель директора по производству любил резать правду-матку в глаза начальству, чтобы потом покаяться и признать ошибки, – что Тобольск выставляет нереальные сроки.

– Сроки, в сроки почему не укладываетесь? – скривился Рубахин будто от зубной боли.

– Есть порядок технологических операций, – пожал плечами Барашкин. – Не выполнив первую, нельзя приступать ко второй.

– Ты что, самый умный? – набычился гендиректор. – Мало людей – бери еще.