Квини

Слушай, Квини, дело не в том, что тайские рестораны меня не достойны, но в такие места ходят ужинать по пятницам после двух и более лет отношений, а не на первое свидание. Но я сказала себе – давай поглядим, что он за фрукт. И мы пошли. Подходит хостес, спрашивает, заказан ли у нас столик, и вдруг Шон такой: «Да, на двоих, на имя Чески». Простите, что? Как так вообще можно? Как так вышло, что ты приглашаешь меня на свидание и, бронируя столик, называешь людям мое имя? – она закатила глаза.

– Но я продышалась и решила – спокойно, продолжаем. И мы идем с ним по ресторану, а на меня все смотрят – что я делаю здесь, в таком наряде. Мы садимся за столик, разговариваем. Квини. На меня потянуло сквозняком, я смотрю – рядом в стене дырка, кое-как прикрытая досками. Он что, совсем того? Нашел, куда меня притащить?

Тут мне пришлось отложить лезвие в сторону, потому что я так хохотала, что могла кого-то из нас поранить.

– Ох, что уж тут поделать! Там хотя бы вкусно? – рискнула предположить я.

– Квини, я предложила пересесть за другой столик. Он зовет официантку, и на этот раз нам дают столик в другом конце зала, прямо возле лестницы в подвал. И стул Шона стоит буквально в сантиметре от края верхней ступеньки, так что он предлагает мне поменяться местами! То есть, он хочет, чтобы я на своих каблуках сидела на краю лестницы и чтобы именно я свалилась и сломала себе шею! Так что я сказала, чтоб сидел, где сидит.

Я уже валялась на диване, умирая от смеха, хотя совсем недавно готова была поклясться, что никогда больше даже не улыбнусь.

– Ничего смешного, детка, это про мою жизнь! – крикнула Чески. – Слушай, еще не конец. Мы поужинали, еда так себе. Ему удалось не свалиться с лестницы, хотя лучше бы он все же свалился.

– И какой же? – осторожно спросила я. – Мне точно надо об этом знать?

– Он решил съездить поиграть со мной в гольф.

Она повернулась ко мне лицом.

– Я. В платье. На. Каблуках, – Чески хлопает в ладоши на каждом слове.