Страницы минувшего будущего

А ещё почувствовались пальцы в волосах – Володя осторожно заправлял особенно сильно торчавшие пряди за ухо, зачёсывал их, чтобы не мешались и не падали на лицо. И как же это оказывалось приятно! Так, что мелькнула просто невероятная мысль о том, как было бы здорово, если бы полёт длился вечно.

– Блин, – пару раз поведя рукой, Вовка встряхнул пальцами несильно, и смех сам собой вырвался из груди. Запутался. Агата слишком хорошо знала собственную «шевелюру», чтобы по реакциям Марка на похожие действия научиться это понимать.

– С удовольствием, – тем более, что зарыться носом в тёплую ткань пропахшего одеколоном свитера хотелось уже давно.

Пряди начали распутывать, и процесс этот обыкновенно был небыстрым.

– Сколько нам лететь ещё?

– Часа полтора точно.

– А потом?

С ответом не торопились, но на то, чтобы подогнать, не хватило смелости.

– Потом встретят. В аэропорту.

– Военные?

Расправившись, наконец, с волосами, Володя глубоко вздохнул и опустил спинку кресла.

Как странно получалось. Откуда она понимала, что выражения боли физической и моральной отражались на лицах человеческих совсем по-разному? И как поняла, что увиденное преисполнялось чем-то, шедшим из самых глубин души?

А ведь у Вовки она такая светлая…

– Конечно, военные.

На иное рассчитывать было бы, конечно, весьма глупо. Опустив голову, Агата притихла, глядя куда-то мимо торчавшего из-под сидения рюкзака.

Ну, а правда, Волкова, что ты услышать ожидала?

Новости дома всегда игнорировались, а предпочтение отдавалось каким-нибудь мыльным операм, служившим неплохим фоном. И сейчас становилось понятно, что, наверное, зря она так упрямо переключала ежедневные сводки, объясняя действия тем, что, дескать, новостей и на работе хватало.

Не хватало.

Вновь медленно к Володиной груди прижавшись, Агата позволила себе закрыть глаза и прислушаться к спокойным и глухим ударам сердца. А вот из головы никак не выходила мысль, оказавшаяся на поверку слишком назойливой.

Какие они, эти военные?

Не на записях. В жизни.

* * *

Чем пах Ереван? Как ни банально, горами. А ещё свежестью и лёгкой примесью чего-то, отдалённо запах кострища напоминавшего.