Игра слов

– Так это та самая? – Прикусить язык Женька не успел, зато потом как воды в рот набрал и, сжав руль покрепче, старательно всматривался в дорогу.

Лиза попыталась исправить положение и завязать светскую беседу:

– Никита, а я и не знала, что ты в газете работаешь.

– «Работаешь» громко сказано, – фыркнула Яна, но тут же сама себя одёрнула. Столкнувшись с коллегой, она автоматически врубила своё редакторское поведение, но здесь это не к месту. – Извини, – сказала она Никите, который уже открыл рот, чтоб ответить.

– Давай, – согласился Никита, как подумалось Яне, подозрительно быстро. Но через секунду всё встало на свои места: – Только сначала несколько вопросов.

Противиться Яна и не попробовала – если Никите Антонову понадобится, информацию он вытянет из кого угодно. Этого у него не отнять.

– Валяй.

– С какого перепугу ты Яна? Хотя, нет, понятно: Татьяна – Яна. Почему так одета? – Он окинул её взглядом, сделав упор на не прикрытых шортами коленях, как будто хотел спросить, почему у неё вообще есть ноги.

– Вне работы я нормально одеваюсь.

– А на работе, значит, притворяешься чучелом? – Теперь факт притворства был очевидным, Никита удивлялся, что раньше ничего не заподозрил.

– Да.

– Зачем?

– Как и положено чучелу – отпугиваю.

– Кого?

– Всех! Чтоб не привязывались не по делу.

– Просто её на прошлой работе коллеги вконец достали, – вмешалась Лиза, видя, что подруга выставляет себя совсем уж сухарём. – Замучили задушевными беседами по поводу и без, зудели, зудели, нормально работать не давали. Ты же, наверно, сам понимаешь, что редактору тишина нужна.

Яне очень не понравилось, что её очеловечили в глазах Никиты. Неужели годы прекрасной актёрской игры коту под хвост? Ну уж нет.

Она посмотрела на Никиту выразительно.

– Проболтаешься кому-нибудь в редакции – уничтожу. Отравлю.

– Как? В чай мне плюнешь?

– Не продукты отравлю. Жизнь тебе отравлю, – мило пояснила Яна. Милость была пугающая.

Лиза, поняв, что помощь в поддержании беседы не нужна, отвернулась.

Чепчик, который дотоле сидел или, скорее, посиживал между Никитой и Яной да рвался ткнуться носом то в одного, то в другого, захотел прилечь.