Новые переводы. «Луч микрокосма», «Самозваный царь Степан Малый»

Славься же, прибежище героев,

стань теперь убежищем надёжным

мне, несчастному царю без трона!

Плачет, и с ним плачет весь народ.

Поп Андрия

Государь, весь наш народ желает,

если твоей милости угодно,

чтоб ты рассказал о злоключеньях

и за что тебя лишили трона.

Степан

Поженить хотели с католичкой,

чтоб по средам, пятницам скверниться,

не хотел я ни за что на свете

свою веру чистую поганить;

им земного царства было мало —

и небесное забрать хотели.

Отняли когда мою корону,

отрубить мне голову велели.

Убежал я ночью без оглядки,

зная, что прибежища не сыщешь:

тот, кто смел, принять меня не сможет,

кто хотел, тот храбрости лишился.

В самый раз бежать на Чёрну Гору,

сердцу моему она всех ближе;

там принять меня не побоятся.

До Царьграда я дошёл удачно,

встретил доброго христианина

и ему всё о себе поведал.

Он впустить меня не побоялся,

пока шум не начался в Стамбуле,

закричали на всех перекрёстках:

«Русского царя здесь укрывают,

в нашем славном городе великом,

кто его султану предоставит,

тому даст султан богатства столько,

сколько унесёт, сколько поднимет,

а кто скроет иль бежать поможет,

под такой намучается пыткой,

о которой прежде не слыхали».

Испугался робкий мой хозяин,

голосом дрожащим произносит:

«Ты хотя бы мышью обернулся,

я тебя здесь всё равно не спрячу,

сыщики разнюхают и словят,

как же ты от них тогда спасешься,

ты не птица, чтоб взлететь на крыльях

и в полёте путь прямой наметить,

попадёшься в их силки, ловушки».

Думал я, пришла моя погибель,

ибо турки злы на московитов.

Когда смерклось, то пришёл хозяин

вызывает меня в свою лавку,

где мешки располагались с хлопком,

раз меня в мешок – с приказом к слугам,

чтоб с утра пятьсот мешков отправить

из Стамбула прямо к венецийцам;

те меня и отыскали в вате.

Из Стамбула я в мешке приехал,

из мешка в Венеции я вылез;

по морю добрался я до Сплита

всё выпытывал про Чёрну Гору.

По пятам шли сыщики за мною,

вызнавали все мои желанья,

выслали меня в Герцеговину;

там скитался я и так, и эдак,

Арслановичей пока не встретил.

Не спросили, кто я и откуда,

а про ремесло моё спросили.

«Всадник я – вот все мои ремёсла».

«Ладно, немец, завтра мы посмотрим,

если врёшь – заплатишь головою».