Экипаж

 – Она мизинца твоего не стоит!..

– Отстань!.. Андрей Васильевич, я ее люблю. А она не хочет. Категорически.

Дома, совершенно сбитый с толку, Тимченко допытывался у дочери:

– Но почему? Почему? Можешь ты мне объяснить?.. Парень как парень…

– Ну. Он не личность. Не нужен он мне. И вам с мамой не нужен. Только лишние хлопоты. Все равно не сможем мы с ним жить.

Андрей Васильевич помолчал, потом сказал горько:

– Ну давай, жди свою личность! Ребенка сделать – личность, а пожениться, как люди – не личность… Ты хоть понимаешь, что жизнь себе искалечила?

Наташа вдруг озлилась.

– А ты хоть понимаешь, что ничего не понимаешь?.. Буду! Буду, буду рожать! И нечего за меня беспокоиться. За себя беспокойся! Тебя спишут вот-вот, ты же отлетал почти!.. А на земле что тебе делать? Вот и будешь внука воспитывать!

– Наталья, замолчи сейчас же! – сердито крикнула мать.

Тимченко встал, хотел что-то сказать дочери, но передумал и вышел из комнаты.

– Бух! Бух! – гремело над болотом. В резиновых ботфортах, в старой кожаной куртке, Тимченко брел по хлюпающей земле с двустволкой в руках.

– Бух! Бух! – И, хлопая крыльями, упала на землю утка…

…Тимченко вышел к костру, который развел на сухом месте другой охотник. Этот охотник, одетый точно так же, как Андрей Васильевич, был старше лет на десять. Рядом с ним у костра сидела красивая угрюмая девушка в брюках, резиновых сапожках и нейлоновой куртке.

– Андрюша! – весело закричал сидевший у костра. – Вот нечаянная радость!.. Томочка, это мой друг, высочайшего класса летчик!

– Тамара! – без улыбки представилась девушка. Тимченко присел к костру, кивнул девушке.

– Это внучка моя, царица Тамара, – с гордостью сказал старый летчик. – А ты чего невеселый?

– По разным причинам, – буркнул Тимченко.

– Ничего, это мы исправим. Томочка, принеси, пожалуйста.

Девушка встала, спустилась к берегу озера. Там остужалась в воде бутылка водки, привязанная за горлышко к коряге.

Пока Тамара выуживала бутылку, старый летчик говорил, помешивая в греющемся над костром котелке.

– Вот, понимаешь, выросла… Красивая девчонка, хотела артисткой стать, но не потянула. По конкурсу не прошла… А теперь считает, дуреха, что жизнь пропала, конец!..

Тимченко слушал не перебивая.

– Но вообще-то, она толковая. Английскую школу кончила, и вообще, – заторопился, чтобы скорее перейти к сути, Тамарин дед.