Экипаж

«Ми-4» летел неторопливо, отражаясь в спокойной воде.

В кабине сидели Валентин Ненароков, медсестра в белом халате и второй пилот. Второй внимательно следил за землей, а Ненароков, сидя за штурвалом, рассказывал медсестре:

– Я с ним специально в Москву заезжал после отпуска. Хотели к логопеду попасть, да не успели.

– Неужели так сильно заикается? – спросила сестра сочувственно.

– Сильно… Но он хитрый, придумал выход. Слово целиком сказать трудно, так он говорит кусочек. Вместо «хочу» – «чу», вместо «хорошо» – «шо», вместо «вкусно» – «ку».

– Интересно, – сказал второй, продолжая наблюдать за землей.

– И я с ним так же разговариваю, – рассказывал Ненароков. – Вроде балуюсь, а ему так легче, веселей. Он меньше стесняется… А вот жена – наоборот. Кричит на него, требует, чтоб говорил правильно. А он только больше заикается…

– Твоя Аля вообще язва хорошая, – заметил второй.

Ненароков не обиделся, но огорчился:

– Это ты зря… Просто у нее нервы.

– И у тебя нервы, и у меня нервы, но мы ж на людей не кидаемся.

– Знаешь что, Серега… – начал Ненароков сердито, но тут второй пилот перебил его:

– Вижу людей.

И правда, впереди, на крыше затопленного дома, махал белой рубахой человек. Рядом сидел другой, поменьше, наверное, ребенок. А на плоской крыше пристройки стоял зеркальный шкаф…

В маленькой московской квартире играл магнитофон. Под его музыку танцевала пара: молодой человек в джинсах и девушка – по виду десятиклассница. Еще один паренек сидел в углу, листая книгу.

Приоткрылась дверь, и пожилая женщина, наверное, соседка, сказала:

– Костя, к тебе.

В комнату вошел Тимченко. Не здороваясь, он сказал парню с книгой:

– Выйди на минутку. – А девушке велел: – Ты останься. Тебе полезно будет послушать.

Костя посмотрел на него с удивлением и тревогой.

– Что ж ты наделал? – спросил Андрей Васильевич, перекрывая голосом музыку. – Наташка беременна, а ты – в кусты?

Своей тяжелой рукой он сгреб парня за рубашку и хорошенько тряхнул.

– А ты отплясываешь? Другой дуре мозги крутишь?

– Это сестра моя! – жалобно закричал парень. Тимченко смутился:

– Да?.. Ну, все равно. Так люди не поступают. Иди и женись, а то я из тебя…

– Да вы не поняли, я с удовольствием, – сказал парень еще жалобней. Он пошел выключить магнитофон и снова вернулся к Тимченко. – Я только об этом и прошу. Звоню, звоню, две телеграммы дал!

– Что ты ему объясняешь? Не унижайся, – сердито сказала сестра.