Отель «Синяя Птица»

– Особенно, если точно знаешь, что свершится ожидаемое.

– Могу не согласиться, иногда реалии ожидаемого могут просто стереть Вас или, в лучшем случае, принесут разочарование.

– Есть истинные ценности, ожидание которых неизбежно приводит к объективным радостям, – сказал Иван серьезным тоном, надел солнцезащитные очки и опрокинулся на спину.

– Истинные ценности, говорите, – не унимался Серов в надежде продолжить диалог, – а что такое истинные ценности?

– Скажите, наша встреча случайность? – неожиданно спросил Иван.

– Вы, прекрасный собеседник, задаете вопрос и тут же даете один из возможных ответов. А Вы не задумывались, может, наш персональный гид немного преувеличивает или вводит в заблуждение?

– Зачем тогда этот маскарад с дверьми, цветными дорожками? – продолжил Иван.

– Все любят окружить себя тайнами и загадками, это разогревает интерес и важность процесса.

– Для меня истинные ценности непреложны, – твердо заметил Иван.

– Но назвать их и пересчитать по пальцам не можете или не хотите.

– Это прозвучит банально, мы же не в первом классе. Нет желания что-либо доказывать и даже рассуждать, – строго заявил Иван. – Я устал с дороги. Мысли только об отдыхе. Да и обстановка не располагает.

Пауза повисла в воздухе. Иван снова услышал шум волн, затихших во время короткого диалога.

– У меня есть ром, хотите, угощу? – неожиданно предложил Серов.

Иван приподнялся на локтях и посмотрел на художника, не стоило и дальше игнорировать собеседника и, чтобы ни обидеть его, вопреки своим желаниям Иван согласился.

– Не откажусь!

Серов положил кисть на подставку, наклонился к сумке и медленно явил свету большого размера сосуд. Ивану сначала даже показалось, что это доисторический термос, но, когда художник подошел ближе, взору Ивана предстала огромная военная фляжка.

– Все думают, что это фляжка, – игриво сказал Серов, как говорят люди, заранее приготовившие шутку или каламбур.

– Ну и что же это? – подыгрывая, спросил Иван.

Серов, довольно глупо улыбаясь, достал из пустоты два серебряных стакана, эдак грамм по сто, и, раскачиваясь в невидимом танце, налил в них вкусную коричневую жидкость.