Бог умер, да здравствует Бог

Ючке протянула руку к эфесу меча: рукоять его была вырезана из темного матового дерева, а навершие украшала голова зверя с длинной мордой, рядом острых зубов и четырьмя ушами, за которыми притаились два тупых коротких рога.

– Не стоит его трогать, можно пораниться, – предупредил Дилфо, но Ючке не могла услышать его предостережения: язык ордженцев был для неё незнаком и ничем не отличался от звуков клокочущей реки.

Девушка медленно провела пальцами по эфесу, остановилась на навершии, мягко обвела его подушечками пальцев, а затем резко схватила меч за рукоятку и с лязгом вынула его из крепления.

– Стой! Ты чего задумала? – вскрикнул Дилфо. Он попытался подойти к Ючке, но тут же остановился и с опаской уставился на прозрачное и тонкое лезвие. Одного взгляда на меч было достаточно для понимания – лёгкого движения руки Ючке хватит, чтобы жизнь мальчика прервалась в один миг.

Меч удобно расположился в левой ладони девушки. Она плавно провела мечом изогнутую линию в воздухе, не спуская лиловых глаз с лезвия, которое излучало тихий голубоватый свет, но при этом не рассеивало ни на миллиметр окружающий его полумрак.

– Положи на место, Ючке, это не игрушки. А вдруг ты его поломаешь, – Дилфо бесплодно пытался остановить девушку словами, боясь подойти ближе.

Ючке подняла глаза на Дилфо, слегка сощурилась, а затем произнесла мягким, но при этом тягучим и уверенным голосом, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Ситога абе. Абе литора доганэ, таку занэ абе ситога?

Дилфо не понимал удивляться ему или бояться, поэтому он решил сначала устранить опасность для себя и Ючке от её неосторожных действий с мечом, а после уже подумать над тем, почему девушка решила за один день сказать больше, чем за всё время своего нахождения в Овлесе.

– Ни слова не понимаю, Ючке. Положи меч, – быстро проговорил Дилфо, протянув ладонь к девушке. Свечка в его руках задрожала, и чуть было не потухла.

– Дассюр даган альфиске? – послышался твёрдый мужской голос с порога коморки.

Дилфо резко поднял голову и увидел Пирта. Мужчина стоял, прислонившись к косяку двери, и с интересом взирал на Ючке. Его лицо ничего не выражало, но чёрные глаза ярко сверкали в полумраке.

– Пирт, прости, я не знал, что она захочет взять меч в руки, – попытался оправдаться Дилфо. – Я её предупреждал, но она не слушает. Видимо, батюшка ошибся, и она всё же одержима.

Пирт не обратил никакого внимания на причитания Дилфо.