Огненная обитель

На этих местах разместились паладины и оруженосцы рыцарей, некоторые держали ручку и бумагу, готовясь записывать.

Георг взмахнул рукой, и все снова сели под аккомпанемент тихого перешёптывания.

Пока все усаживались, рыцарь, занимающий стул напротив Таракана, повернулся и вперил суровый взгляд в сидящего рядом с Тараканом маленького мальчика лет двенадцати: тот так вертел в руках ручку и бумагу, будто его звёзды раскачивали его путь.

Таракан узнал этого рыцаря: небесный архитектор Харман, рыцарь Небесного Механизма – на спинке его кресла сияли золотые пути Вселенной.

Таракан ненавидел всех механиков почти так же сильно, как людей двора, и, рассматривая спинку кресла небесного архитектора Хармана, он поневоле думал о том, что золотые круги над головой механика можно было бы использовать как удавку.

Небесный архитектор Харман заговорил первым:

– Мы все надеемся, что вы в добром здравии, ваше Георгейшество. До нас дошёл слух, будто вы захворали.

В его голосе прозвучал едва уловимый вызов, и Таракан не сомневался: Георг тоже его уловил.

– О моих звёздах и о моём пути всегда ходят слухи, но, как видите, и то и другое сияет ярко, а я совершенно здоров. Ни вам, ни вашим механикам не нужно искать новую Королевскую Звезду; уверен, что Империя ещё много оборотов будет процветать под моим управлением.

Таракан видел, каким взглядом Георг наградил Хармана, когда тот ответил:

– Разумеется, я уверен, что, даруя вам Королевскую Звезду, Верховный Конструктор наделил её силой и долголетием.

– От нашего внимания не укрылось, – продолжал Георг, отводя взгляд от небесного архитектора Хармана и поочерёдно оглядывая всех собравшихся за столом, – что прошлой ночью моя Империя подверглась нападению. – Георг помолчал. – Северные королевства послали своих кригаров сюда, в Альбион, в Лондон, прямо к моему порогу.

– Ваше Георгейшество, – заговорил старик, сидящий в кресле, на спинке которого сиял знак солнца, – мы в ордене Иллюминации не получали таких сведений. Если бы это было правдой…

– Вы мне не верите? – перебил его монарх.

– Что вы, мой Георг, просто… – старик умолк и, оглянувшись, нашёл взглядом одного из своих оруженосцев.