Кулинарная битва

– Ну…

– Ну? Твое «ну» звучит, будто тебя одолели сомнения. А может, жизнь Аманды Погочиелло – это не только жареные цыплята и бескрайние просторы канзасских прерий? Мои родители машинами всю жизнь торговали, и я тоже машины люблю, но…

Аманда опять рассмеялась:

– Конечно, не только их. Я люблю «Фрэнни», то, что я здесь делаю, мне нравится. Так что «Фрэнни» – это мой план и есть. Но я и другими вещами занимаюсь. – Сказать Сабрине или не сказать? Ведущая пододвинулась поближе, в глазах у нее сверкнуло любопытство.

И вообще, почему не сказать? Ведь это всего навсего хобби, и «Фрэнни» оно никогда не помешает. – Я люблю рисовать.

Отважилась, сказала. Но вышло так, словно рисовать – это что-то совсем для нее неважное. Аманда почувствовала, что она предала то, чему отдает почти все свое свободное время, для чего урывает даже и несвободное время. Предала огромные холсты, которые записывает по нескольку раз, одну работу поверх другой, потому что на новые холсты нет денег.

Предала альбомы с набросками, которые для нее все равно что дневник. Предала даже нарисованных ею цыплят, которые в этом году вдруг ожили и принялись жить собственной жизнью. Вот про них-то рассказать легче всего:

– Я рисую такие… типа комиксов… да, больше всего похоже на комиксы. Но они не смешные. Книжки про цыплят.

– Не может быть! – Похоже, Сабрине стало действительно интересно, и Аманда снова ей улыбнулась, довольная, что у них начинает получаться настоящий контакт.

 – Класс! Так ты рисованию в колледже училась?

Аманда засмеялась:

– Нет, что вы. Мне нужна была практическая профессия. Например бухгалтер.

И вообще, «учиться в колледже» – это слишком громко сказано. В местный колледж она как бы даже и не сама пошла. Это как-то само собой получилось, как, собственно, все у нее в жизни. Только позже, когда дети уже чуточку подросли, после их школы, после ее рабочего дня, после обеда, после того как она их искупает и прочтет им на ночь книжку, пока Фрэнк проверял в гостиной тетради своих учеников, она сама начала немножко серьезнее заниматься живописью и рисунком и всегда, как он выражался, «разводила грязь» на кухонном столе.

Из-за этого у них начались ночные ссоры: переезжать им в Канзас-Сити или не переезжать. Всего на год или на два. Она бы могла там учиться, может быть, и диплом в художественном колледже получила бы. Стала бы учительницей рисования.