Точка возврата (сборник)

– Следуем к вам, – сообщил Ватрушкин свое решение жигаловскому диспетчеру. – К прилету прошу сделать контрольный замер ветра.

И Ватрушкин, и диспетчер понимали, что вся связь пишется на магнитофон, и, зная это обстоятельство, они оба делали поправку на это неприятное техническое новшество, которое в случае чего могло стать непоправимой уликой.

Через несколько минут Жигалово вновь вызвало нас на связь. Голос у диспетчера стал другим, более жестким и встревоженным:

– Ветер усиливается, ваше решение?

– О-о-о! Сам Ваня Брюханов поднялся на вышку, – протянул Ватрушкин и достал свежую папиросу.

– Следую к вам, сделайте еще раз контрольный замер, – доложил он. – И еще свяжитесь со столовой. Пусть к нашему прилету приготовят свежих пельменей.

– Уже сделали, семнадцать метров!

– Хорошо. К вам на точку выйду через десять минут, – прикурив папиросу, сказал Ватрушкин. Повернувшись к Анне Евстратовне, он попросил ее спуститься в пассажирскую кабину и пристегнуться покрепче ремнями.

– Это начальник аэропорта Ваня Брюханов, – объяснил мне Ватрушкин.

– Но с ветром вряд ли, – заметил я. – Он-то нас не слышит.

– Пожуем, увидим.

Через десять минут мы были над Жигаловом. Было видно, что на земле действительно сильный ветер, полосатый конус на аэродроме стоял колом, макушки деревьев клонило к земле, а на улицах поднимались клубы пыли.

– Сделайте контрольный замер, – попросил Ватрушкин.

– Пятнадцать метров, – спустя некоторое время сообщил Брюханов.

– Вот видите, уже сбавил, – спокойным голосом сказал Ватрушкин. – Я сделаю кружок, а вы сходите на полосу. Судя по всему, ветер стихает.

Вместо ответа в наушниках раздалось что-то нечленораздельное.

Минут через пять, когда Ватрушкин вновь запросил погоду, Брюханов уже с сердцем в голосе выдавил:

– Ветер одиннадцать метров. Советую уходить на запасной.

– Он, видите ли, советует! Не страна, а дом советов, – прокомментировал Ватрушкин. И, выждав еще пару секунд, попросил: – Вы еще раз замерьте.

В наушниках вновь произошло какое-то клокотание, через секунду все стихло и все же через пару минут выдохнуло:

– Ветер восемь метров, – Брюханов на секунду умолк, чтобы тут же добавить: – Но очень си-и-льный!

Ватрушкин показал мне большой палец и быстро начал снижение. Бороться с боковым ветром он не стал, а посадил взбрыкивающий от ветра самолет поперек полосы.