Точка возврата (сборник)

– Он был митрополитом Московским и Коломенским, – поправила его учительница. – В России в то время был синодальный период, и патриаршество было упразднено. Но вы правы, то положение, которое занимал Иннокентий, по сути, было патриаршим.

Нос самолета вновь повело в сторону, но я вовремя спохватился, таких тонкостей церковной жизни в летном училище не преподавали, там учили одному: четко и правильно держать курс. «Ну ладно, историки должны это знать, но откуда Ватрушкин знает?» – подумал я. Нет, непрост был мой командир, совсем непрост!

– А вон и Верхоленск! – через несколько минут он ткнул пальцем в стекло кабины.

Анна Евстратовна привстала и стала внимательно рассматривать поселок.

– Моя мама здесь родилась, – сообщила она. – А я здесь никогда не была.

– Так надо было сюда попроситься, – сказал Ватрушкин.

– Но это другой район, я не знала.

– А вот скажи мне, дружок, – командир неожиданно повернулся ко мне. – Если у тебя нет компаса, как можно, глядя на церковь, определить стороны света?

От неожиданности я вспотел, надо же, учинил мне экзамен при постороннем человеке.

– Можно определить по кресту, – ответила за меня учительница. – Помимо большой перекладины на кресте есть нижняя малая. Верхний конец ее всегда указывает направление на север.

– Верно, – заметил Ватрушкин. – Если есть солнце, то сторону света можно определить по часам.

– Еще по деревьям, – наконец-то я пришел в себя.

– Весной по снегу, – добавила учительница.

От навигации командир перешел к астронавигации, похвалил казаков-землепроходцев, которые без компасов и моторов дошли до Восточного моря, так в России в старину называли Тихий океан.

Пока командир вел светскую беседу с пассажиркой, я запросил погоду Жигалова. Сводка оказалась неутешительной: к нашему прилету ожидалось усиление ветра до штормового. И самым неприятным было то, что он дул поперек посадочной полосы. Для нашего самолета предельно допустимой нормой было восемь метров в секунду.

Нужно было принимать решение – следовать в Жигалово или уходить на запасной аэродром. Запасным у нас была Усть-Орда, которую мы пролетели час назад. Был еще Качуг, но он еще с утра был закрыт по технической причине, там ремонтировали полосу. Был еще вариант лететь до Осетрова, но туда могло не хватить бензина.