Два бойца

– И вот, понимаете, Тасенька, топает по кладбищу одна старушенция и видит на могилке: «Зубной врач Н.Н. Абрамов, прием от двух до семи». Представляете? Но слушайте, что было дальше. Старушенцию аж затрясло…

– Все-таки я не понимаю, – прервала его Тася, – куда мог деваться Саша? Неужели он ушел?

Аркадий, обиженный тем, что его оборвали на самом эффектном месте, ответил раздосадованно:

– Шё, вы Сашу не знаете? Медведь с его зимней спячкой – ребенок перед ним! Ночью, днем у нашего Сашеньки одна думка: добраться до чего-нибудь горизонтального и покемарить минуток шестьсот.

Разделавшись таким образом со своим лучшим другом, Аркадий повел рассказ дальше:

– Так я, значит, продолжаю за тую старушенцию. Как увидела она на могилке: «прием от двух до семи»…

Тася слушала его рассеянно.

Где же был Саша?

Когда Аркадий сел рядом с Тасей и они принялись болтать, сблизив головы и смеясь, гигант постоял немного над ними, шумно вздохнул и незаметно для них вышел во двор.

Ночь была ясная. По небу ходили лучи прожекторов. Где-то недалеко горело, стена дома была розовой. Саша с наслаждением вдохнул чистый воздух и закурил папиросу. По двору скитались молодые парнишки в асбестовых капюшонах – бойцы противопожарной охраны. Близко зажужжал самолет. Саша тревожно вслушался. Привычным ухом он распознал звук «Юнкерса-88». По крыше что-то часто застучало.

Один из парнишек авторитетно сказал:

– Спикировал. Пулеметом кроет.

– Какой там, к черту, пулемет! – закричал Саша. – Он к вам на крышу зажигалок набросал.

Он подбежал к пожарной лестнице и быстро вскарабкался наверх. Там занималось ослепительное пламя.

Крыша была покатая, по краю шел заборчик. Саша перемахнул через него и пошел на пламя. Чтобы не упасть, он широко расставил ноги и сильно наклонял вперед свой тяжелый торс. Иногда он касался кровли руками. Наконец добрался он до пламени. Двое парнишек, пыхтя, засыпали его песком. Саша взял у одного из них лопату.

– У меня-то дело, пожалуй, побыстрее пойдет, – пробормотал он.

И действительно, он загребал с одного маху столько песку, что через несколько секунд огонь погас.

Он побежал к другому очагу. Здесь дело было посерьезнее. Железо крыши прогорело, занимались стропила. Маленькая немолодая женщина суетилась вокруг пожара. Она попыталась залить его водой. У нее не было сил удержать тяжелый шланг, и она то и дело опускала его. Дыра на крыше ширилась.