Ступени на песке

Мы его попробовали каждый по банке и пришли к выводу, что быть поваром не так уж и плохо.

Пока Юрка Дубовской низкий, нескладный малый, ходил закапывать пустые банки в мусор, к нам пришел начальник лагеря и попросил срывающимся голосом, если это возможно, завтра не готовить больше макарон.

Видимо, наша пища не пришлась ему по вкусу, хотя он в отличие от собак и съел её.

Если до этого мы подозревали его в мазохизме, то после этой просьбы нам с Гасаном стало стыдно.

– Вы, конечно, извините нас.

– Как? Совсем? – в голосе нашего преподавателя отчетливо слышались нотки ужаса.

– Нет, ну есть, конечно: хлеб, мука, чай, сгущенка, кофе, консервы какие-то, лапша, соль и сахар. – отрапортовал я..– А больше ничего нет.

– Да, дело труба. – Сокрушенно вздохнул наш классный. – Но продукты, я думаю, мы закажем, это не проблема. Другой вопрос что заказывать.

– А заказывайте все, что есть, и побольше – высказался я.

– Что собираетесь готовить на завтрак? – спросил нас «папа».

– Да не знаем, сами вот думаем. – Подал голос Гасан, а затем вдруг неожиданно заявил:

– А я не хочу быть больше поваром, чтобы надо мной смеялись. Хочу на поле собирать арбузы. Мы уже неделю тут, а я еще ни одного арбуза не попробовал.

– Ничего, еще успеешь, попробуешь. А с поваров я тебе не разрешаю уходить, это приказ, – охладил его пыл наш начальник. – Все, на этом тема закрыта.

То, что мы приготовили на следующий день, на завтрак я бы сейчас ни при каких обстоятельствах есть, не стал бы, но все же это было лучше, чем то, что было до этого. По крайней мере, собаки ЭТО ЕЛИ С УДОВОЛЬСТВИЕМ. Про курсантов, правда, этого не скажешь. Но мы рассудили здраво, что они еще не привыкли к нашей стряпне, а собаки начинают потихоньку привыкать.

Воодушевленные этим, мы приступили к приготовлению обеда, который должен был состоять из пяти блюд в нашем понимании: хлеба, чая, сахара, макарон и какого-нибудь супа. Поскольку молочный суп-лапша не совсем у нас получился по нашему общему мнению, то решено было приготовить что-нибудь более вкусненькое. Правда, возникал вопрос из чего, поскольку почти ничего не было.