Антошка. История одной жизни

Нютка сквозь слезы улыбнулась и набросилась на леденцы с жадностью дикого зверька.

В эту минуту двери бесшумно отворились, и на пороге показалась высокая худая молодая женщина в юбке, в сером платке на голове, из-под которого выбивались пряди рыжих волос.

Она вошла тихо, подкравшись, как кошка.

Антошка первый заметил «ведьму» и кинул на своих маленьких товарищей выразительный взгляд, предостерегающий об опасности.

Нютка немедленно зажала в своей грязной ручонке оставшиеся леденцы, проглотив, не без риска подавиться, бывшие у нее во рту, и с выражением испуга на своем заплаканном лице бросилась к постели и легла, притихшая и оробевшая, словно виноватая собачонка.

– Ты что ж это, подлец, не идешь сдавать выручку? До каких пор ждать тебя, мазурика?

Алешка, успевший съесть свои два леденчика в мгновение ока и зачарованно глядевший в рот девочки с чувством некоторой зависти, побрел к своему матрацу с видом человека, не имеющего достаточных оснований опасаться трепки.

Между тем рыжая женщина, успевшая подслушать слова Антошки, подозрительно осмотрела комнату и, заметив валяющуюся на полу серую бумажку из-под леденцов, подняла ее с полу и, обращаясь к Антошке, проговорила своим резким, низким контральтовым[6 - Контрa?льто – самый низкий женский певческий голос глубокого грудного бархатистого тембра.]голосом:

– Ты что ж это, подлец, не идешь сдавать выручку? До каких пор ждать тебя, мазурика?

– Иду сейчас… Только что пришел! Разуться надо… Измок… – ответил не особенно мягко Антошка.

– Измок! Ишь, какой сахарный господин! – презрительно и медленно выговаривая слова, кинула рыжая дама, и злая улыбка искривила ее тонкие губы.

С этими словами она вышла, бросив на Антошку взгляд больших, несколько выкаченных серых глаз, не предвещавший для мальчика ничего хорошего.

В свою очередь и Антошка, ненавидевший «ведьму» с бессильной злобой загнанного волчонка, посмотрел ей вслед злыми-презлыми глазами и снова от всего сердца пожелал, чтобы «подлую» переехала конка.

– Что, Нютка, шибко пьян хозяин? – осведомился он.

– Не очень, – ответила Нютка.

Антошка через минуту вышел – сдавать «дяденьке» выручку.

Признаться, он шел далеко не спокойный, и в его душу невольно закрадывались мрачные предчувствия относительно ремня.