Отражение. Рассказы

Часть 15

похороны

– Беда-то такая, – причитала Агриппина, подметая пол, – что ж это делается-то? Видно, сглазили семью Логвиновых. Такой председатель хороший, а жизни нет в последнее время.

– Что ты там бормочешь? – спросила Манька, пытаясь откусить нить, закончив латать колготки дочери.

– Я говорю, чтоб руки отсохли у завистливых людей! – Никаноровна поставила веник у порожка, – это ж надо, семью без крыши над головой оставить. Илья Яковлевич жену цельный год обихаживал и почём зря.

– Будет тебе, тоску наводить.

По делам и заслуга!

– Какая-такая заслуга? Наш председатель – добрейшей души человек! Столько хорошего для села сделал! Жалко его и Елену.

В ту злополучную ночь хата семьи Логвиновых ни с то ни с сего загорелась. Соседи, услышав крики, выбежали на улицу. Крик подняли, мимо проходящие жители, пытались тушить водой и снегом.

Илья проснулся, почувствовав сильный запах гари, дым валил со всех сторон. Комнату заполнил едкий туман, ничего не видно.

Председатель пытался вытащить жену, но не смог.

К тому времени Елена потеряла сознание. Мужчина, наглотавшись дыму, пополз к выходу, открыв дверь в сени, понял – дверь с улицы в огне. Чёрный смог разъедал глаза. Закрыв нательной рубахой лицо, полез в окно. Помогли люди, вытащив ослабленного мужчину. У Логвинова сильно обгорели ноги.

В тот день племянника Андрея не было дома. Он уехал в гости к родителям на два дня.

– Что ж теперь будет-то, а? – в сельском совете работники умственного труда разводили руками, – неужели Люська?

– Конечно, она, – подхватила разговор Маня, – вон, и следователь доказал, что Савина причастна.

– Тихоня, и посмотри, что наворотила… – бригадир Арсений Филиппович ходил по кабинету. Закуривал папироску одну за другой и тут же тушил, – как же теперь Илья Яковлевич? Даже жену не сможет похоронить.

Елену провожали в последний путь всем селом.

Бабы жалели женщину за такую участь. Рыдали у гроба. Читали молитвы.

– Как же так? После болезни, практически восстановилась… И тут такое.

– Вот и верь в чудо. Сердце лечили, в себя пришла. Судьба всё равно привела к своему концу.

– Грехи за председателем, – не унимались некоторые, – вот и беда настигла.

– Порча на них, – делали выводы другие, – такие дела издалека видно.

Маша на похороны не пошла. В этот день её мучала совесть, что она когда-то «помогла» Елене сесть в инвалидное кресло.

Часть 16

раскаяние

Прошло две недели.