Счастливые шесть пенсов

Я стала глубоко задумываться о взаимоотношениях людей, о морали, о манерах. Правда, я размышляла об этом, глядя на других людей. Что ж, может, вы тоже замечали, что чужие ошибки мы часто видим лучше, чем свои?

Шесть лет пролетели незаметно. Гувернер моих братьев согласился обучать и меня, поэтому вскоре я научилась писать и теперь сама могла делать записи в бабушкину Книгу.

Тетя Пруденс вышла замуж, и я, наконец, обрела свободу. Нет-нет, не подумайте, будто мне было позволено днями напролет бегать наперегонки с мальчишками: бабуля еще строже следила за моими манерами, учила меня носить шляпки и перчатки, а домоправительница Марлетт рассказывала мне о том, как вести хозяйство.

Но поскольку рядом не было строгой тетушки, я, можно сказать, наслаждалась свободой.

Мы с Галом и Гарри плескались в озере, катались на лодке, наперегонки скакали верхом. Бабуля сокрушалась, что это недостойно юной леди, я же гордилась тем, что веду себя как сорванец.

Все вокруг судачили о том, что моя тетя сделала выгодную партию.

Ее муж, мистер ван дер Хельст, был богатым торговцем из Амстердама.

Понемногу становилось ясно, что бабуля потратила на пышную свадьбу и приданое дочери гораздо больше, чем могла себе позволить. Нам становилось все труднее: денег едва хватало.

О мистере ван дер Хельсте мы, дети, знали мало и, по правде сказать, думали еще меньше. Они с тетей Пруденс уехали в Голландию сразу же после свадьбы, и вестей от них не было. При нас бабуля всегда отзывалась о зяте с уважением, и мы были уверены, что она рада выбору дочери.

О том, что это не так, я узнала случайно. Я невольно подслушала разговор бабули с нашей домоправительницей Марлетт. Говорили они обо мне.

– Вот увидите, мадам ван дер Хельст сдаст ее в какой-нибудь интернат! Не станет она терпеть характер нашей девочки.

– Характер?! Да эта малышка превосходит саму Пруденс решительно во всем! Увы, ни к дочери, ни тем более к зятю я не могу обратиться за помощью. У нас нет денег, Марлетт.

В это Рождество бабуля по-настоящему ощутила приближение нищеты.

Она всегда была очень щедра по отношению к деревенским беднякам. Но теперь ей просто нечем было с ними поделиться. Мы, дети, не вполне понимали, почему бабуля грустит, – думали, что она, как и мы, злится на зарядившие дожди.

Наутро выпал снег, и мы с братьями и деревенскими ребятишками кинулись играть в снежки.

Вернувшись, мы застыли на пороге: до этого дня мы ни разу не видели нашу бабушку в слезах. Я бросилась ее обнимать.