Изгой

Пожалуй, лучше всего вам познакомиться на твой день рождения. Устроим обед в городе, правда, здорово? Льюис?

– Да, сэр.

– Пожалуйста, будь благоразумен. Увидишь, это всем пойдет на пользу. Вот и молодец. Можешь идти к себе.

Гилберт допил виски и пошел переодеться к ужину у Дики и Клэр. Он переодевался в гостевой, как и при Элизабет. Он приучил себя не замечать, что спальня пуста – ни звука, ни запаха духов, ни щетки для волос на туалетном столике.

Гилберт причесывался, когда раздался грохот и звон стекла.

Пол задрожал, как будто на него опрокинули что-то тяжелое. Выронив расческу, Гилберт бросился на лестницу. Джейн стояла внизу, задрав голову.

Он открыл дверь в комнату Льюиса, и на него пахнуло ледяным ветром. В окне зияла дыра, в комнате – никого. Гилберт подскочил к окну и высунулся наружу.

Заиндевелую землю усыпали осколки стекла. Рядом лежал ящик от комода с вываленной одеждой. Из угла послышались рыдания – оказалось, Льюис спрятался за дверью.

Наступая на осколки, Гилберт подошел ближе.

Льюис странно кривил рот, как будто не мог закрыть, и буравил отца взглядом. Гилберт схватил его за руки, однако Льюис с неожиданной силой принялся вырываться, дергая ногами и целясь головой в грудь. Его лицо блестело от слез.

– Прекрати! – закричал Гилберт. – Перестань плакать. Тише, тише. Успокойся!

Он схватил Льюиса за запястья и прижал его к стене, навалившись всем телом. Тот умолк и попытался закрыть голову ладонями, но Гилберт снова перехватил его руки и силой убрал от лица.

Он огляделся – все ящики из комода были вывернуты. Осколки на полу, судя по всему, остались от зеркала, которое раньше стояло на комоде.

– Джейн! – крикнул Гилберт. Льюис беззвучно задергался в его руках. – Джейн!

Они оба запыхались. Гилберт прижимал сына к стене, а того била крупная дрожь.

На лестнице послышались шаги, и вскоре на пороге возникла Джейн.

– Господи… Льюис…

– Уведи его отсюда, а я пока приберу.

– Нет уж, это вы его уведите. Каждый должен делать свое дело.

Неожиданно резкий тон поразил Гилберта. Мало того что сцена вышла совершенно безобразная, так еще и Джейн его терпеть не может. Он рывком поставил Льюиса на ноги и поволок на лестницу. Мальчик молча упирался, Джейн выразительно смотрела вслед. Гилберт ногой захлопнул дверь, скрипя зубами от досады и ярости.

Он притащил сына в спальню, крепко держа за запястья. Оба по-прежнему молчали. Наверняка сын уже понял, что сопротивляться бесполезно, решил Гилберт.