Второй шанс

В коридоре раздавались шаги, кто-то бродил по нему, но не рядом со столовой. На всякий случай корреспондент новостей понизил голос.

– Он был на ГТРК в восемь или даже раньше.

– Зачем?

– Неизвестно. От их корпуса до нас меньше пяти минут пешком. Если со двора подобраться, никакая баба Зина не увидит.

В глазах у Элеоноры замаячило нечто вроде любопытства.

– Продолжай.

– С техникой Ветров на «ты», переключил бы всё легко, – развивал свою мысль Дима. – Одного не пойму: караулил он Ярика, что ли?

– Такое «одно» ломает всю твою гипотезу, – возразила Элеонора.

– Ничего не ломает. Вдруг у него сообщник был?

– Ну, это уже точно кино. Скажи еще, Малявкина с умыслом напоили.

– Такого не скажу, – сдал назад Дима. – Юра с Ричардом без всякого умысла причащаются и другим наливают. Иначе, мол, вдохновения не будет, муза не посетит… Стоп! А, может, импровизация?

– Какая импровизация?

– Со стороны Ветрова. Он человек порывистый, резкий. Забежал проверить, как служба несется, или просто пользуясь случаем.

– Ты всё-таки не увлекайся, – не вполне твердо сказала Элеонора. – Одно дело проверка, а другое… Для чего Ветров стал бы такую бучу наводить?

– Могу только предположить в общих чертах, – ответил Дима.

– Предположи.

Клевцов наклонился ближе к ней.

– Допустим, он ведет свою игру, неизвестную нам и шефу. Возможно, хотел создать проблему и потом решить ее на «ура», чтобы показать свою нужность. Или загнать канал в тупик, чтобы на Андрея Константиновича могли давить.

– Кто?

– Не знаю. Но куда он в последнее время срывается посреди рабочего дня? Раньше ведь не было такого.

Дверь в едальню предательски заскрипела. Дима инстинктивно отпрянул от Элеоноры.

– Опа, еще одна пара голубков!

Юра Зайцев, переступивший порог, благоухал тройным одеколоном и смотрелся в двубортном малиновом пиджаке как персонаж анекдотов о «новых русских». Был он тщательно, до последнего волоска на подбородке выбрит, с чисто вымытой головой, в его раскосых глазах плясали черти.

– Вы не тушуйтесь, я никому не скажу, – посулил он. – Оля с Геной целуются во все места… то есть, во всех местах, а остальным нельзя, что ли?

Элеонора поморщилась.

– Юрий… как тебя по батюшке… ты со своим «Фиолетовым арбузом» слишком часто трешься филейными частями на монтаже. Отсюда все фантазии проистекают.

– Прости-прости, если обидел, – притворно смутился соавтор и ведущий юмористического шоу.