Восточная мудрость

—

Яд страшен, где противоядия нет,

Ведь мрут неимущие, ты же богат;

Ведь утку разливы воды не страшат».

Мой друг, с сожаленьем взглянув (на глупца

Так смотрят обычно глаза мудреца),

Ответил: «Ужель не протянешь руки,

Увидевши друга в стремнинах реки?

Не голоден сам я, но видя, как мрут

От голода люди, стал бледен и худ;

Разумный, равно как от язвы своей,

Страдает, увидевши язвы людей, —

Я сам, славу богу, и цел, и здоров,

Но весь трепещу я от язв земляков;

Здоровый, сидящий бок о бок с больным,

Смущен и расстроен соседством таким.

Я вижу голодных кругом, и кусок

Становится в горле моем поперек;

Тому, чьи друзья в заточеньи сидят,

Едва ли приятным покажется сад».

Рассказ

Народная месть, пробудившись, дотла

В Багдаде полгорода ночью сожгла.

Один из торговцев был рад, что пожар

Не тронул ни лавку его, ни амбар.

Веселье его заприметил мудрец

Р? молвил: «Собой лишь ты занят, глупец!

Остался б лишь дом твой, и ты будешь рад,

Пожрет если пламя весь город Багдад».

Когда голодающих слышится плач,

Едой наслаждаться не может богач.

У матери ежели сын занемог,

Сама изнывает она от тревог.

Не может покоя в стоянке найти,

Кто бросил товарищей в трудном пути.

Пусть чувствует в сердце властитель укол,

Коль в глине завяз дровосека осел.

Ах, если небес осенит благодать,

Довольно с тебя и словца, чтоб понять.