Фальшивое солнце

За окном бушевала гроза, от грома дрожали стекла. И вдруг – писк. Тихий, заячий, но Елена его услышала даже сквозь грозовые раскаты. Врачиха, огромная бабища, гренадерского роста, положила Елене на грудь теплое, красное, нелепое существо.

– Поздравляю, дочка у вас! – голос у акушерки мощный, мужской.

– Гроза какая…

– Петров день, матушка моя, праздник, – гремела «гренадерша»

Елена смотрела на свою дочку. Маленькое, сморщенное существо, похожее на лягушку, дрыгало ручками. Наверное, она прибывала в ужасе от этого страшного мира, в котором было холодно и ужасно шумно.

Дочку решили назвать Валечкой, в честь бабушки, матери Анны Николаевны. Девочка родилась слабенькой и беспокойной: с первого своего дня жизни кричала без передыху. Молока у Елены не было – пришлось кормить Валю смесью. От этого ее постоянно мучили колики. Покоя в семье не стало. Валю укачивали и баюкали все по очереди, но она не желала убаюкиваться: возмущалась, орала, вертелась и кряхтела. Елена, не успевшая толком оправиться после родов, сама еще лежала в постели.

Виталик работал. Анна Николаевна уговорила зятя ночевать в общежитии:

– Виташенька, не даст спать Валечка, а ведь тебе рано вставать. Поживи пока с ребятами.

Так и порешили. Детскую кроватку втиснули между диваном и столом. Ирка, спавшая на диване, стала постоянной и неотлучной нянькой Валечки. Ночами она вскакивала к ней, чтобы поменять пеленки, а если Валя не унималась – тетка укладывала ее в коляску и выкатывалась на улицу.

Ночью в городе тепло, тихо, слышно мерный перестук поездов, бегущих по железной дороге неведомо куда. Валя быстро успокаивалась и засыпала, а Ирка наматывала бесконечные круги по двору, совершенно обессиленная.

– Валька, засранка, повадилась, – шептала она племяннице, – хорошо тебе, что у меня каникулы, а потом что будешь делать? Мамаша твоя не больно с тобой возится, предательница. Лахудра.

Валя посапывала в коляске и нисколько не возражала. Ирка усаживалась на скамейку и дремала, облокотившись на ручку коляски веселого цыплячьего цвета.

Порой она так и спала до самого утра, и Анна Николаевна, невольно провалившаяся в глубокий сон, обнаруживала пропажу дочки и внучки лишь тогда, когда солнечный луч проникал в комнату, а до звонка будильника оставалось всего несколько минут.

Постепенно Ира привыкла к Валечке, угадывала по маленькому личику все беспокойства, желания и намерения маленькой племяшки. Вот она кривит мордочку – описалась.