Зов Юкона

Я прорубался через тайгу, минуя стремнины рек,

Зарывшись в глину, строил дворцы, каких не видал человек;

Я шахты рыл, я дороги стелил среди болотных пучин,

Ибо решителен был я и тверд – мужчина в мире мужчин.

Я, Господи, выполнил Твой наказ, я ныне к Тебе иду, —

За грехи осуждать меня не спеши, но суди меня по труду.

Я, Господи, сделал всё, что мог… До смерти подать рукой.

На Западе гаснет последний свет… Я заслужил Покой.

    Перевод Е. Витковского

Не сникай

Если в схватке с чемпионом в первом раунде ты лег —

Не сникай.

Если ты побит вчистую, под собой не чуешь ног —

Не сникай.

Отбивайся, чтобы страх твой он почувствовать не мог,

Пусть лицо разбито в кашу – преподай ему урок,

И пока пластом не ляжешь, налетай как петушок —

Не сникай.

Жизнь – сплошная потасовка, сроду так заведено —

Не сникай.

Если ты боец неважный, остается лишь одно —

Не сникай.

Не показывай народу, что в душе черным-черно,

Улыбайся непреклонно – трын-трава и всё равно,

Коли счастья пожелают – пожелай ответно, но

Не сникай.

Бодрый ты с утра пораньше, или же наоборот —

Не сникай.

Хорошенько высыпайся, даже если сон нейдет —

Не сникай.

Ныть и хныкать бесполезно – до добра не доведет;

Кто предложит мировую – отрекайся наперед;

В том беда, что неизвестно, ты побьешь иль он побьет —

Но смекай.

Если снова невезуха – не давай попятный ход;

Блефовать – пустое дело; верь в себя – и повезет,

Не сникай.

    Перевод А.

Выстрел Дэна Мак-Грю

Для крепких парней салун «Маламут» хорош и ночью и днем,

Там есть механическое фоно – и славный лабух при нём;

Сорвиголова Мак-Грю шпилял за себя в углу,

И как назло ему везло возле Красотки Лу.

За дверью – холод за пятьдесят, но вдруг, опустивши лоб,

В салун ввалился злющий, как пес, береговик-златокоп,

Он был слабей, чем блоха зимой, он выглядел мертвяком,

Однако на всех заказал выпивон – заплатил золотым песком.

Был с тем чужаком никто не знаком, – я точно вам говорю, —

Но пили мы с ним, и последним пил Сорвиголова Мак-Грю.

А гость глазами по залу стрелял, и светилось в них колдовство;

Он смотрел на меня, будто морем огня жизнь окружила его.

Он в бороду врос, он, как хворый пес, чуял погибель свою,

Из бутыли по капле цедил абсент и не глядел на струю.

Я ломал башку: что за тип такой пришел сквозь пургу и мглу,

Но еще внимательнее за ним следила Красотка Лу.