Полное собрание стихотворений

1950

116

В тот край дорога неисхожена

И вьется тропкою глухой,

И хохотом вспугнет прохожего

Под вечер леший за ольхой.

Но неприметными приметами.

Кто ей доверился, ведом:

Слетает лист (хотя не лето ли).

Вздохнет без ветра лес кругом;

Да выйдет из кустов медведица.

Лизнет в ладонь – и снова прочь…

И если все-таки не верится.

То, значит, нечем и помочь.

1950

117

Пирог с грибами стынет на столе.

Меня зовут. Бегу огромным садом.

Вот этот полдень, в Царском ли Селе

Иль в Павловске, он здесь, со мною рядом.

Он был хорош не только тишиной,

Не только беззаботностью и ленью, —

Он был взыскательный учитель мой

И научил высокому уменью:

Уменью жить цезурою стиха,

Как эти вот дворцы, аллеи, шлюзы,

Как тот кувшин в бессмертных черепках,

Откуда пили ласточки и музы.

1951

118

Уже сентябрь позолотил листы

Над статуями в дремлющих аллеях.

Не торопись! Пока не умер ты —

Не облетят они и не истлеют.

И отражаться лебеди в прудах

Не перестанут, и дворец не рухнет

И Пушкин будет жив, и на орлах

Екатерины солнце не потухнет!

Пока ты жив… А, может, и совсем

Ее не будет, этой злой разлуки,

И красота дана навеки всем,

Кто хоть однажды протянул к ней руки!

1951

119

Мы с тобою ее запомнили,

Эту медленную весну:

Гиацинты на подоконнике,

Восковую их белизну.

А за ними весь в колких лужицах,

Тихий дворик, московский, тот,

Что, – прикажет весна, – закружится.

Защебечет и зацветет.

С Новодевичьего, с соседнего,

Мерно пели колокола.

И любовь наша тоже медленной,

Вот как эта весна, была.

Все прилаживалась, примеривалась,

Подмерзала то там, то здесь,

Чтобы, словно сперва не веря в нас,

После вдвое щедрей расцвесть.

…Вспоминаешь, и в сердце – лужицы.

Гиацинты, колокола

И та девушка, в косах, в кружевце,

Что тобою тогда была.

1951

120.

Снова яркий полдень мая,

Снова лугом, до реки,

Догоняя, обгоняя,

Голубые мотыльки.

Вешний храм лучист и светел,

Словно смерти в мире нет.

Но гляди: уж с яблонь ветер

На траву сметает цвет.

Он в ветвях снует и плещет,

Торопя грядущий тлен,

В полотне тугом трепещет

У девических колен.

И она, – как песня рядом

Легконога и стройна, —

Тоже ветреным усладам,

Как на смерть обречена.