Жизнь в пространстве (сборник)

теперь камера обнимает лицо, и дождь сам

произносит «дождь», но иначе. долго ли так будет, ты спросил,

погружая в землю красные пальцы. пока прикасаемся

* * *

жилые пространства, отделенные от диких потоков воздуха;

столпотворение комнаты, приготовленной ранее для одного пола,

не выдерживает места. костер восприятия, прижимающий тело

к стене; как ты на это смотришь, закрытый в комнате распределенного

момента. черная пыль глаз, фрагменты горы, собравшиеся внезапно в

гору состояния, когда пустыня противодействия одолевает его спящее

тело; ускоренный звук, отправляющий слепок музыки к внутренностям

спокойного участка; кислота книг, собранных для отправления

византийским частям

* * *

двигаясь от метода к размещению исключенного под мусорным

куполом, в тени твоего живота, оставленные огнем восприятия, они —

лишь промежуток, перехваченный отстраненным моментом лица,

точнее, камеры, погруженной в лицо.

сдерживая тем самым ледник бедного значения

* * *

если это все еще можно считать восприятием, то они могли бы

остаться здесь, среди других форм.

узлами будущего, снимающего состояния слой за слоем с мертвых

тканей, запускающего процессы регенерации прямо в земле.

множество новых рецепторов у тех, кто сверху, направленных на то,

что происходит в земле, в вывернутых корнях, когда приблизилось ее

лицо, точнее, камера, вписанная в капли лица, чтобы принять нас за

окружающие превращения; то, что видит и то, что говорит,

размещено таким образом, что встреча стала возможной

* * *

быть состоянием, столпотворением в зеркале аральского дна.

красные, вращаясь вокруг себя, они движутся, поднимая песок, как

второе небо, регенерируя свои ткани; но колодец этой пустыни был

отравлен новым свечением, пока выжившие мигрировали;

тысячелетний компьютер, собранный из скелетов рыб; нефть,

вытекающая тонкими струйками изо рта, читающего сообщение

* * *

мы пришли сюда через два экрана, как если бы это было так, что ты

коснулась нас, и уже не нужно думать о машинах, желать машинами.

глина закрывает горизонт, и сухие трубки растений прокалывают

восприятие; став двумя, мы никем не становимся, и лежим отовсюду,

прижимаясь к земле, пока танкер, поднятый над водой, делает море

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».