«Жемчужного дерева ветви из яшмы…» Китайская поэзия в переводах Льва Меньшикова

Вот они только-только возникли,

журчат-журчат на просторах,

словно белые цапли, слетевшие долу;

Вот они слегка разыгрались, разлились-разлились,

белеют-белеют, как над белой упряжкой

раскинутый полог;

Вот они в бурном волненье, неудержимы-неудержимы,

будто целого войска одежды взметнулись на поле;

Вот они вырвались вбок и побежали стремглав,

валами-валами, – так же в легких повозках

пробивается войско на волю.

Точно так шестерня запряженных драконов

Поспешает вослед за Тай-бо над рекою;

Устремляются буйною пенной дугою

Седловины – горбины одна за другою.

Выше-выше, рвутся-рвутся.

Вольно-вольно, льются-льются.

На твердыни крепостные,

Как войска, они вот-вот взберутся.

Смирные в глубях, злобные в кручах,

Водоворотами бурными крутят,

Ни перед чем они не уймутся.

Можно видеть, как волны с обеих сторон

И кипят, и клокочут, и бурлят, закипая,

Как из глуби из темной, взъярившись, взлетают,

Эти вверх устремились, те вниз опадают.

Кто ни встретился – тому смерть,

Кто противился – сокрушен.

Начинается волн течение,

где Ховэйский скалистый склон.

Травянистыми падями их поток разделен.

По Цинме они ходят кругами,

В Таньхуань накопляются мирно,

По дуге огибают

гору, где У Цзы-сюя молельня;

Злобно рвутся они

на площадку, где матушки Сюя кумирня.

Забираясь на Красные Скалы,

Выметают Фусана долины,

Как раскаты грозы

разнеслись по просторам обширным.

Всему научились от воинов грозных,

И так же напористы, так же отважны.

Накатом-накатом, наметом-наметом,

подобно коням горячим, несутся;

«Дунь-дунь, гунь-гунь» —

как будто удары грома рокочут.

Исполнены гнева, встречая преграды,

Взметнувшись вверх, через них перекатят.

Если же в устье заросшем, друг друга тесня,

волн собирается грозная рать,

Рыбе от них не уплыть,

Птице не улететь,

Зверю не убежать.

Толпою-толпою, когортой-когортой

Взметаются волны и мечутся тучи.

На юге взобрались на горные кручи,

На севере склон разбивают сыпучий,

Накрыли, размыли курганы и дюны, —

На западе берег ровняют зыбучий.

За стеною стена, за накатом накат

На прудах беспощадно плотины крушат.

Вот, прорвавшись победно, откатились назад,

И шуршат, и гремят, и рокочут, и плещут,

Струи пенные взмоют – и книзу летят.

Если ж их своенравье дошло до предела,

Черепахи и рыбы лишаются сил,

Их кидает и крутит, ничего им не сделать.