Молитва

Но в мире следствий и причин,

Спускаясь в тайные глубины,

Не смог добраться ни один

До истины, до сердцевины.

Столетья таинства полны,

И не исчезнет жизнь, покуда

Есть ощущенье новизны,

И удивления, и чуда.

«В подлунном мире тысячи красот…»

Перевод Я. Козловского

В подлунном мире тысячи красот,

Но мне одна из них всего дороже,

Что здравствует в отеческих местах.

Прекрасным именам потерян счет,

А у меня одно лишь только имя

Ликует, как молитва, на устах.

В подлунном мире подлецов не счесть,

Но лишь с одним из них я почему-то

Стреляться на рассвете был бы рад.

Есть тысячи лжецов, презревших честь,

Но лишь один из них меня приводит

В отчаянье не первый год подряд.

Хоть прочитал вчера я орды строк,

Из них одна запомнилась мне строчка,

Что поднялась до уровня вершин.

С календаря последний пал листок,

Ночей и дней в году немало было,

А я запомнил только час один.

На всех невежд презренья не излить,

Не хватит сердца, чтоб возненавидеть

Всех оскорбивших истину и честь.

Не хватит сердца, чтобы всех любить,

Не хватит рук, чтоб заключить в объятья

Тех, кто походит на благую весть.

Нет места на устах для всех имен,

И всех запечатлеть глаза не могут,

И в памяти всего не сохранить.

Живем, осуществляя связь времен,

Но жизни не хватает нам при этом,

Чтоб замыслы свои осуществить.

Истины ради

Перевод Я. Козловского

В зеленых горах увидал я снега

И встретил на севере вестницу юга,

В глазах у любимой заметил врага,

В глазах нелюбимой – давнишнего друга.

В дом близкий зашел я, но, совесть поправ,

Хозяин со мной за беседой ночною

Во всем соглашался, хоть был я не прав.

Кунак или враг – кто сидел предо мною?

Однажды пустое в стихах написал,

А в воздух стрелять велика ли заслуга?

И недруг об этом мне правду сказал,

И в слове его я почувствовал друга.

И ныне, с годами все чаще скорбя,

Огню предавая иные тетради,

Как недруг, порой ненавижу себя,

И в этом спасение истины ради.

Годы

Перевод Я. Козловского

Недавние и давние года

Передо мной толпятся, словно люди,

Гляжу на них и думаю о чуде:

– Еще я жив – Гамзатов из Цада!

Года, года!

Мне памятен любой,

Они друг друга свергли, как владыки.

И вот сошлись, но их не схожи лики,

Почти как наши лики, меж собой.