Лицей 2021. Пятый выпуск

И точка.

Но, может быть, и это не щеночек,

а только отражение щеночка.

* * *

Вино притягательно, будто война

в иных модернистских изводах,

пока собирают судьбу твою на

китайских астральных заводах.

На первых ступенях духовных очей

написанное безусловно.

Ни синего мрамора клубных ночей,

ни ситного мрака церковных.

Посеешь лавстори – пожнёшь общепит,

но даже и это посеешь.

А где-то французская булка грустит,

а где-то хрустит Ходасевич.

Бумажный скелет бесполезен весьма,

вот разве – показывать пришлым.

Луи Буссенар, Александр Дюма,

Михайло Михайлович Пришвин.

* * *

На праздничном торте ландшафты милей,

чем на запеканке Карпаты.

Здесь чешут бугристую кожу полей

копателей серых лопаты.

Крошится глазурь ледовитая – хрусь!

Детинец мерещится, Кремль,

когда поднимается Древняя Русь

из толщи лилового крема.

Берёзовый дым кособоких хибар

и банные сочные девки.

Копатели свой собирают хабар,

колышется знамя на древке.

Имбирные всадники едут в закат

в иной, не кондитерской неге.

И каменный бог шоколадки “Кит-кат”,

и половцы, и печенеги.

Где Д. Мережковский увидел свинью,

где чудилась Блоку невеста,

реальную сущность скрывает свою

изнанка слоёного теста.

Стряхнуть этот сахарный морок нельзя,

копатели роют траншеи.

И ласково режут друг другу князья

съедобные сдобные шеи.

И я понимаю про грозную Русь:

мы любим её не за ту лишь

секунду, в которую сладкое кусь.

И свечки горят – не задуешь.

* * *

Две иголки, пара ниток. Проще нет продеть сквозь ушки.

Больно умными, пожалуй, стали швеи-простодушки.

Есть инструкция простая, но они не попадают,

символический напиток восхищённо потребляют.

Скажем так, столу напиток прямо перпендикулярен.

То ли Гинзбург, то ли Гинзберг, то ли Лев, а то ли Аллен.

То ли Айзек, то ли айсберг. Через год и он растает.

Подростковые макушки Заратустрой зарастают.

Слава труженикам славным, не вальяжным, а прилежным,

собирающим ракеты… и валежник? И валежник.

Как сказал один подросток, в синем небе звёзд до чёрта

(ни одной из канцелярий речь его неподотчётна).

Что услышит, что увидит в эту дивную погоду,

если выйдет истеричка из себя по QR-коду?

Манька, Ванька, Трамп, Собянин – все застыли в трансе неком.

Если б я поэтом не был, я бы стал бы человеком.

* * *

Девятнадцатым веком пахнуло

из дубовой утробы стола.