Голец Тонмэй

Мои верные помощники… – Кагана улыбнулся.

Он выжидающе посмотрел на гостя. Старец Гургули понял его, тихонько кашлянул в кулак и молвил:

– Меня с рождения нарекли Гургули… – Он поглядел на сына. – Это мой сын Ичээни.

Хозяин кивнул, вновь набил трубку табаком. Зажженную лучинку, поданную ему дочерью Айсач, поднес к головке трубки и затянулся. Вновь, как в первый раз, старательно обтер чубук и протянул трубку Гургули со словами:

– Покури, отец Ичээни, не торопи себя. Кури в свое удовольствие.

Глаза старца Гургули заблестели.

Поговорили о сокжоях. Старец Гургули рассказал, что сюда они добрались на днях и еще не добыли ни одного. Вчера и сегодня пытались найти сокжоев. Но пока похвалиться нечем. Кое-где обнаружили с десяток, но этого мало, не стали их тревожить. И тут наткнулись на незнакомые чумы.

Старец Гургули вынул свою трубку с мешочком. Плотно набил ее табаком. Ичээни поднес лучинку. Старец молча протянул дымящуюся трубку старику Кагане.

– У тебя табак крепче, чем у меня. Где берешь? – спросил он.

– Заезжал как-то якут-купец. С ним поторговались.

– С якутами, стало быть, торгуете?

– Бывает. Не так часто, конечно, как хотелось бы.

– Мы с якутами не знаемся. Что за люди? Можно ли с ними иметь дело? – спросил Кагана.

– Что сказать? Редко с ними видимся. Но якуты – большие торговцы. Торгуют многим.

* * *

– Тебе не кажется, ака[10 - Ака – старший брат.], что становится прохладно? – Гякичан, поеживаясь, повернулся к Дэгэлэн Дэги.

– Мне не холодно. Сидим неподвижно, вот и мерзнешь, – тихонько засмеялся Дэгэлэн Дэги.

– Что-то отец с братом задержались. Как зашли в чум, так и не выходят. Почему так? Как думаешь, ака?

– Мне и самому тревожно. Не нравится мне это.

– Это все Ичээни… Это он предложил идти к чужакам… – пробормотал Гякичан.

– Не осуждай брата. Ичээни прав. Прятаться не привык. Лучше сразу понять, кто они, враги или такие же охотники, как мы.

– Что происходит там, внутри чума? – переживал Дэгэлэн Дэги. – Старец нам что говорил? Ты помнишь, Гякичан? – Тот молча покачал головой. – Он сказал так: «Коли мы долго не выходим, возвращайтесь домой, к Гольцу Тонмэю». Разве ты забыл?

Гякичан продолжал пристально вглядываться в чумы.