Серебряные коньки

– Ребята, – громким шепотом позвал Ламберт, – пойдемте посмотрим «Медвежью облаву»!

Это была прекрасная картина работы Пауля Поттера, голландского художника XVII века, писавшего замечательные произведения еще до того, как ему исполнилось шестнадцать лет. Мальчиков она привела в восхищение, так как им понравился ее сюжет. Они равнодушно прошли мимо выдающихся произведений Рембрандта и ван дер Хельста, но восторгались одной плохой картиной ван дер Венне, изображающей морской бой между голландцами и англичанами.

Потом они, совершенно очарованные, стояли перед портретом двух маленьких мальчуганов, один из которых хлебал суп, а другой ел яйцо. По мнению наших путешественников, главное достоинство этой картины заключалось в том, что мальчишка, который ел яйцо, вымазал себе рожицу желтком, к величайшему удовольствию зрителей.

Следующей картиной, удостоившейся их внимания, было прекрасное изображение праздника святого Николааса.

– Смотри, ван Моунен, – сказал Бен Ламберту, – до чего хорошо написано лицо этого малыша! Он как будто знает, что заслужил трепку, но надеется, что святой Николаас еще не вывел его на чистую воду.

Вот такие картины мне нравятся: они как будто рассказывают целую историю.

– Идемте, ребята! – крикнул капитан. – Уже десять часов – пора в путь!

Они поспешили на канал.

– Коньки на ноги!.. Готовы? Раз, два… Эй! Где же Поот?

И правда, где же был Поот?

В десяти ярдах[26 - Около 9 метров.] от них во льду только что была прорублена квадратная прорубь.

Питер заметил ее и, не говоря ни слова, быстро покатил к ней.

Остальные, конечно, последовали за ним.

Питер заглянул в прорубь, и все заглянули в нее, потом в тревоге уставились друг на друга.

– Поот! – крикнул Питер, снова заглядывая в прорубь.

Полная тишина. Черная вода застыла недвижно; ее поверхность уже затягивалась ледяной пленкой.

Ван Моунен вернулся к Бену с таинственным видом:

– Кажется, у него когда-то был припадок?

– О господи! Был, – ответил перепуганный Бен.

– Ну, значит, с ним, очевидно, снова случился припадок в музее.

Мальчики сразу догадались, что? нужно сделать, и вмиг сняли коньки. У Питера хватило присутствия духа зачерпнуть своей шапкой воды из проруби, и все помчались в музей.

Они действительно нашли бедного Якоба в припадке… но это был припадок сонливости. Мальчик лежал в укромном уголке галереи и храпел, как утомленный солдат. Громкий хохот, вызванный этим открытием, привлек сердитого сторожа.