Дни под солнцем

 – Итальянец сопроводил свои слова жестом. У Пии не осталось никаких сомнений – он изобразил ее грудь. – Жаль, – продолжил он с наигранной жалостью, – но синьорина приняла решение, скорее всего, исходя из собственных побуждений. – Мужчина пожал плечами и развел руками, демонстрируя: он абсолютно ни при чем.

Пиа почувствовала смятение. Его жесты, горячий взгляд смеющихся глаз, сексуальный рот, красивые загорелые руки были вовсе не так невинны… Так, значит, он считает ее… мягкой?

– Мои собственные побуждения вызваны не чем иным, как вашими словами.

– Вы так считаете? – Его потрясающие брови взметнулись вверх. – А может быть, это побуждение вызвано странным желанием сохранить жизнь? Однако послушайте меня. Видите ли, случайно я тоже еду в Позитано. Мог бы подбросить и вас… Как мне кажется, много места вы не займете. – И он снова сопроводил свои слова жестом, показывающим, сколько места она может занять.

Кажется, она поняла, что у него на уме. Ему всего лишь хотелось запереть ее в замкнутом пространстве, чтобы провести сильными, худыми руками по изгибам ее тела.

Вот если бы только его голос не проникал в самое сердце, воспламеняя кровь! Все эти несколько минут их разговора улыбка в его глазах призывала Пию признать свое поражение и принять очевидный факт – ее тоже влечет к нему, так же как прибой к берегу…

Несмотря на все усилия Пии не поддаваться этому желанию, ее кровь бурлила, а сердце вдруг бешено забилось.

«Вот это да! Эй, девочка, не позволяй себе увлечься этими полуночными глазами и ленивой улыбкой…»

Собравшись с силами, Пиа бросила на мужчину возмущенный взгляд:

– Благодарю, я не нуждаюсь в вашей помощи!

Она зашагала прочь, стараясь сохранять достоинство, насколько это было возможно, толкая перед собой тележку, нагруженную чемоданом и тяжелой холщовой сумкой, набитой холстами и принадлежностями для рисования.

Не теряя времени, Пиа прошла мимо других офисов, занимающихся арендой машин. Она не останавливалась, чтобы не получить и там от ворот поворот, особенно на глазах этого мужчины, который странным образом заставлял ее сердце взволнованно биться.