Путешественники поневоле

Веснушчатый так сильно старался что-то придумать, что заснул.

Через некоторое время ему приснилось, что он в лесу, где на деревьях растут бас-барабаны. Дул сильный ветер, который сильно их раскачивал, и у него в ушах стоял ужасный грохот. Проснувшись, он обнаружил, что над ним стоит капитан шхуны.

– Мы уже в Нью-Йорке, – сказал капитан, повышая голос, чтобы перекричать шум и грохот на палубе. – Вы, парни, эта, на берег-то будете сходить? – Он презрительно усмехнулся. – Только скажите, когда вас высадить, – добавил он, ухмыляясь веснушчатому.

Высокий проснулся, вскочил и схватил капитана за горло.

– Еще раз засмеетесь, убью! – сказал он.

Капитан забулькал и задвигал руками и ногами.

– Во-первых, – продолжал высокий. – Вы спасли нас чертовски недостойным образом. Мне от одной мысли об этом становится дурно. Да за один такой прием я бы вас вздул хорошенько. Во-вторых, ваш корабль идет в Афины, штат Нью-Йорк, а это нам совсем не подходит. Ну-ка, скажите, вы повезете нас обратно, туда, где осталась наша одежда, или в Филадельфию, где мы живем, или нет?

Он встряхнул капитана за плечи, а потом, ослабив хватку, стал ждать ответа.

– Не могу, – вскричал капитан. – Никак нельзя. Это не мой корабль. Мне нужно…

– Ладно, – перебил высокий. – тогда можете нам одолжить какую-нибудь одежду?

– Нет у меня одежды, – быстро ответил капитан. Лицо его покраснело, а глаза блестели.

– Ладно, – сказал высокий. – тогда можете нам одолжить денег?

– Нет у меня денег, – еще быстрее ответил капитан, не выдержал и захохотал.

– Разрази вас гром! – заревел высокий. Он снова схватил капитана, у которого начались судороги. Высокий пытался разорвать его голыми руками. – Проклятый негодяй, – кричал он. – Все это – какой-то гнусный заговор, и вы в нем замешаны. Я вас точно убью!

Редкие усы капитана нервно задергались, будто какой-то безумный демон решил сплясать у него на подбородке. Глаза его выпучились, а многострадальная подтяжка заскрипела и натянулась, как снасть, удерживающая парус.

Внезапно высокий отпустил капитана, а на его лице отразилось встревоженное ожидание.

– Сейчас она точно порвется, – воскликнул он, потирая руки.

Но капитал взвыл и исчез в небе. Тут веснушчатый решился приблизиться, весь исполненный сарказма.

– Ну, теперь все, – сказал он. – Ты точно решил все вопросы. Капитан сейчас – единственный, кто во всем мире нам может помочь. Теперь он, разумеется, сделает все, что в его силах.

– Да ладно, – ответил высокий.