Корабль Тесея

– Да кому ты, нахер, нужен, нищий инвалид? Тебя вон даже государство бросило после всех твоих тридцати трех войн!

– Я-то как раз и буду нужен. Особенно в старости, когда разбогатею.

– Ты не разбогатеешь, Радий. Если только не переделаешь себя в бабу и не пойдешь на панель. Такие, как ты, бабы без рук и ног и зубов, будут там в цене.

– В старости я буду выглядеть примерно так. – Он достал обрывок газеты с фотографией какого-то миллиардера, которого грохнула родня.

Это меня позабавило тогда. И сейчас, вспомнив о словах Радия, я тоже невольно улыбнулся и тут же испугался, что девушка, похожая на Мелиссу, заметит мою улыбку и улыбнется в ответ.

6

Я проехал с ней до станции «Маяковская». Не знаю, в чем я хотел убедиться. Возможно, из-за отсутствия реальной цели я стал преследовать цель мнимую, лишь бы что-то менялось и происходило в жизни.

Я шел за ней по пятам. И эта одержимость не дала мне возможности сразу понять, зачем она села на станции «Гостиный двор» и доехала до «Маяковской», а уже там сделала пересадку на красную ветку, а не поехала через «Технологический институт».

Она что, чокнутая? Я видел, как она подала еще одному нищему. Все подающие нищим немного сумасшедшие. «Ку-ку, – как говорил Радий, – Ку-ку, кукареку».

– Я, когда стану миллиардером, – утверждал Радий, – нищим ни за что не буду подавать.

– Почему?

– Не почему, а зачем. Чтоб скорее сдохли. Однажды я видел в метро нищенку, которая периодически начинала лаять как собака. И зачем ей, спрашивается, жить? Этой Ку-ку, кукареку.

Действительно, зачем? Зачем постаревшая копия Мелиссы ходит по городу и метро кругами? Что ищет? И почему мне приходится идти за ней по пятам? Сначала по одному переходу на пересадку. Затем по-другому. А потом трястись в переполненном вагоне в час пик аж до станции «Автово», делая это будто под гипнозом.

Заколдовали меня, приворожили? Сначала Мелисса, а потом девушка, похожая на нее. Я что, тоже сошел с ума? И вот-вот залаю, как та собака, которая стремится доказать сущему, что она – собака, идея собаки.

Выйдя на станции «Автово», я дошел за постаревшей Мелиссой до сталинки, в которой она, по всей видимости, жила. В массивном доме с большим двором. В таких сталинках высокие потолки и большие окна – не то что у меня в дворницкой. Пепельная челка скрылась в дверях парадной, а я вернулся к вестибюлю метро. Был вечер, и я сел на скамейку у ларьков, торгующих фруктами, цветами и шавермой.