И слов свечение

Его сестру, которую я с нежностью и робко

В те детские накрашенные губы целовал,

Касаясь детскими руками, как слепые,

В те вечера, когда играли в докторов,

Желая разглядеть, те, впрочем, небольшие,

И признаки, и разницы полов.

Прошли года. Я часто города меняю,

Но с грустью вспоминаю, где б я ни бывал,

Как я ее, за плечи обнимая,

В уже недетские накрашенные губы целовал.

И почему теперь, я сам не понимаю,

Что в каждой женщине, которую люблю,

И словно в детстве в докторов играю,

Я в них его сестру невольно узнаю.

«Весь этот год казался мне паршивым…»

Весь этот год казался мне паршивым,

Но в чем его вина, сам не пойму.

Кому-то он покажется счастливым,

Но вот вопрос, смотря кому.

В окне с деревьев падает листва.

Их ветер-вор сдувает слишком быстро,

Считая наготу прекрасней воровства.

Так думаю и я, и речка Истра.

Она течет себе, не глядя на меня.

Я ж созерцаю обнаженье,

Оно обворожительно на склоне дня,

Смотрю на осень голую и грустную с рожденья.

Она укрыться снегом хочет торопливо,

Стесняясь зря прекрасной наготы,

Не понимая, как она красива.

Кто видел бы ее, открыли б рты.

Хотя зима уже не за горами,

И речка Истра превратится в лед,

И будут ели с новогодними шарами,

И может быть наступит Новый год.

«Во сне все кажется чужим…»

Во сне все кажется чужим.

Во сне все кажется белее.

Как будто над землей паришь,

Или ты просто тонешь в клее,

Но чаще без сознанья недвижим.

Вокруг тебя все угорели,

А ты как будто невредим,

И мир вокруг, как в акварели.

Повсюду кажется туман.

Ты также неподвижен.

Перед тобой подъёмный кран,

Ты вдруг летишь все выше, выше,

Хотя боишься высоты,

Она тебя всегда пугает.

Во сне в снегу растут цветы

И люди не идут – шагают.

Ты смотришь, затаив дыханье.

По-прежнему испытываешь ужас

И постепенно, потеряв сознанье,

Ты просыпаешься.

«Ее я встретил с чувством удивленья…»

Ее я встретил с чувством удивленья

И, глядя ей в глаза, я про себя забыл,

Подумав, это сон, как наважденье,

Или я просто очарован был.

Она была, как ангел с серыми глазами,

Не знал я даже, с чем ее сравнить,

Наверно, с ветром или голосами,

Которые нельзя никак забыть.

Она была нежна, как дуновенье ветра,

Как шепот, еле слышный в тишине,

И мне казались счастливы те утра,

Когда она во сне звонила мне.