Проклятие усадьбы леди Элизабет

Парень неловко держал руки над головой, нервно сминая кепку. Белобрысый и голубоглазый. Значит, тот самый парнишка Смит, брат Элизабет. Что он тут ищет, хотелось бы знать. Неужели тоже что-то подозревает?

– Что ты тут делаешь, сынок? – Александр постарался придать голосу приветливости. Парень и так натерпелся. Да и незачем его пугать, вдруг еще на что сгодится.

– Простите, сэр, я… я просто хотел найти, – Сэм судорожно косился на револьвер.

– Кого ты хотел найти? – Александр быстро убрал оружие и сложил руки на груди.

– Не «кого», сэр, а что. Сережку. Я… – Сэм грустно вздохнул, резким движением руки потер глаза, будто соринка попала, и вытянул правую ладонь, на которой лежала небольшая золотая сережка в форме кружевного сердца.

Наследство Джона. Серьги принадлежали его бабке по материнской линии. Неудивительно, что они оказались у Элизабет.

– Я был в церкви, мистер Морган, – осторожно продолжил Сэм, когда сережка перекочевала в руки Александра. – На Лизе была только одна. А эту я вот тут в кухне и нашел.

– А почему ты решил, что сережка тут? Она ведь могла расстегнуться в воде, – Александр вопросительно приподнял бровь.

– Не могла, – тихо ответил парень, опустив глаза. – Джон показывал мне серьги накануне. Спрашивал, понравится ли сестре такой подарок. Я замок посмотрел. Он очень крепкий. Сам по себе не расстегнулся бы.

– Продолжай.

– Джон был отличным пловцом! Он и меня плавать научил этим летом. Он бы нипочем не утонул! Там, в кухне, мебель будто двигали, и под половиком, на досках я нашел следы, похожие на кровь… их плохо замыли.

По мере того, как парень говорил, его голос становился все громче, наполняясь нотками отчаяния. Александр же замер, напротив, с каменным лицом. Он понимал. Прекрасно понимал.

– Это был несчастный случай, – жестко сказал он, положив ладони на дрожащие, еще по-детски худые плечи Сэма, – понял, сынок?

– Но…

– Без «но». Серьги – старые, и на одной замок сломался. Вот она и потерялась. На кухне – Бог знает сколько лет тем пятнам.

– Да, сэр, – Сэмюэль тяжело вздохнул и отвернулся.

– Эй, малец, – Александр встряхнул парнишку, заставив вновь посмотреть на себя. – Мне важно, чтобы ты правильно меня понял. Хорошо?

Он смотрел пристально, не отводя глаз, пока не увидел на лице парнишки озарения.

– Понял, сэр… – медленно кивнул Сэм.

– Отлично. Теперь пойдем. Сейчас время для скорби.